– Не думал, что так быстро вернусь в Нью-Йорк. И мне бы хотелось, чтобы это происходило в иных обстоятельствах. Но я очень надеюсь, что скоро установится мир.
– Мир будет, ведь мы с Гретой собираемся пожениться.
Адамо с ухмылкой покачал головой:
– Неужто мы сможем стать семьей? Ты спросил Римо?
Я взглянул на дона Фальконе. Он смотрел в окно, но внезапно повернулся к нам, будто почувствовал, что мы говорим о нем.
Наше общение складывалось на вежливой ноте. Чудесным образом нам удалось поладить – я только диву давался.
– Нет. Я не буду спрашивать согласия. И Грета обязательно станет моей женой.
– Конечно. Понимаю. В прошлом я не раз сталкивался с Римо. Мы не сошлись во мнениях по многим вопросам. Но Римо будет твоим свекром. Грета любит отца, а он души в ней не чает. Когда кровавая часть мирной сделки закончится, тебе придется найти способ помириться с ним. Поэтому неплохо официально попросить ее руки.
– Если он откажет и я все равно женюсь на ней, это не будет хорошим началом, поверь мне.
– Он согласится.
Я с сомнением прищурился. Мы с Адамо сблизились несколько лет назад во время его пребывания в Нью-Йорке из-за мотокросса. Он был заядлым гонщиком. Но он вернулся в Лас-Вегас, и все контакты прекратились. Вдобавок он на десять лет старше.
И пока что он являлся единственным из Фальконе, которого я действительно не против назвать сородичем.
– Мы говорим об одном и том же человеке?
– Именно. Грета сделала свой выбор, и он не хочет рисковать и потерять ее, как в случае с родителями Серафины.
Возможно, Адамо прав. Я протяну ему оливковую ветвь позже. Сейчас передо мной стояла другая сложная задача.
Отец ждал нас в аэропорту. У бизнес-джета имелся отдельный ангар, поэтому посторонних не было. Учитывая, что отец взял десять солдат в качестве охраны, это радовало.
Однако то, что Маттео не было с ним, не являлось хорошим знаком. Он до сих пор жаждал крови из-за того, что случилось с Изабеллой и Джианной.
Римо показал на собравшихся мужчин.
– По-моему, не особо похоже на начало примирения.
– Обстановка напряженная, – сказал я и кивнул в сторону Невио, который сжимал пистолет. – Если ты не будешь держать себя в руках, все станет еще круче.
Я направился к отцу. К моему удивлению, Максимус тоже присутствовал.
Я коротко кивнул другу, прежде чем обратиться к папе:
– К чему все это?
– Лучше перестраховаться. Ты же знаешь, сколько было пролито крови. И сперва я хочу переговорить с Римо. А меры безопасности никому еще не вредили.
– Лука, – поздоровался Адамо с натянутой улыбкой. Он протянул руку, и отец пожал ее.
Фабиано тоже коротко пожал ему руку, что меня удивило. Они не переносили друг друга. Это явный жест к примирению.
Я поблагодарю Фабиано позже.
Римо и Невио не утруждали себя любезностями, да и я не ожидал от них учтивостей.
– Мы снова встретились. Надеюсь, сегодня приглашение не окажется засадой, – процедил Римо.
– Твой сын покинул мою территорию невредимым после того, как убил Крессиду. Желай я твоей смерти, он бы умер в тот же день.
Невио усмехнулся, одарив отца вызывающей улыбкой:
– Ты бы меня не поймал. И стоит поблагодарить за то, что я убил только ее, а не остальных.
Отец стиснул зубы:
– Ты убил ее потому, что мы с Амо дали разрешение, не забывай.
Невио впился взглядом в лицо моего отца, в темных глазах мелькнуло безумие.
– Я бы прикончил тварь в любом случае. И я бы убивал ее снова и снова, если бы мог. Уничтожил бы каждого ублюдка, который хоть отдаленно связан с ней, если бы не чувства Греты к нему. Возможно, однажды я это сделаю. А если хочешь попытаться пришить меня, что ж, удачи. Мне плевать, к тому же моя ярость не знает границ.
Отец улыбнулся, словно Невио был надоедливой мухой, не стоящей его забот.
– Поверь мне, я в курсе.
Хотел бы я иметь подобную способность сохранять спокойствие, но Невио все равно умудрялся вывести меня из себя.
Парень обладал разрушительной силой атомной бомбы. Римо являлся чертовым безумцем.
Невио делал своего отца похожим на чертова мальчика из хора.
Но ради Греты я подавлял неприязнь. Ради нее мы все преодолеем трудности.
Мы пройдем долгий, ухабистый путь, но станем настоящей семьей, хотя я не был уверен, что все дойдут до конца.
Высадив Фальконе в гостевом доме, мы с папой поехали в семейный особняк, чтобы подготовиться к предстоящему завтрашнему собранию.
– За эти годы я многое пережил. У нас бывали тяжелые времена, но это превосходит все.
Я посмотрел на отца. Казалось, он постарел на несколько лет за последние недели. Он с такой силой сжимал руль, что костяшки побелели.
– Точно. Ситуация вышла из-под контроля. Спасибо, что согласился с моим решением остаться рядом с Гретой.
– Но ты не оставил мне выбора.
– Я люблю ее.
Отец глубоко вздохнул и свернул на улицу, где находился особняк.
– Невио убил твою жену. На бумаге она была твоей супругой, Амо. Мы еще не объявили об этом официально. Но кто-то видел его в городе, а Крессида исчезла.
– Мне не следовало жениться на ней, тогда бы ничего подобного не случилось. Я очень жалею, что заключил с ней брачный союз.
Отец кивнул, изумив меня:
