Мое существование разделялось на отрезки времени, проведенные с Амо, и все остальное.
А теперь моя жизнь, полная лжи, обмана и тоски, и вовсе поставлена на паузу.
Я не представляла, сколько еще выдержу, но знала, что не смогу жить без Амо.
Одна мысль об этом разрывала мое сердце.
Когда вечером я сошел с борта частного самолета и включил телефон, количество пропущенных звонков от Марселлы, папы и даже Маттео было ошеломляющим.
Но от Максимуса ничего не было, ведь я дал ему обещание, и он доверился мне.
Когда я попытался позвонить ему, напоролся на голосовую почту. В итоге я связался с Примо. Некоторое время он работал под началом Кассио в Филадельфии, но недавно вернулся к Максимусу в качестве головореза.
– Где Максимус?
– Он на пути к складу в Нью-Йорке.
Никаких новостей. Именно поэтому я попросил пилота поторопиться. Я не хотел терять ни секунды.
– Он один?
– Думаю, Ромеро может быть с ним. Я надеюсь. Мы с папой едем туда. Максимус не хотел ждать. Ты знаешь, как он жаждет мести. Твой отец и еще несколько человек тоже направляются туда.
– Ясно. Пришли мне точные координаты. Я буду там, как только смогу. – Я трусцой побежал к стоянке службы проката автомобилей.
Сотрудник бросил мне ключи от мотоцикла, который я арендовал по телефону. Я кивнул в знак благодарности. Он постоянно покупал у нас всякую ядовитую дрянь и получит специальную цену на следующий заказ.
Склад находился недалеко от аэропорта, а на мотоцикле я мог лавировать в потоке машин, так что я прибыл в назначенное место через десять минут. Я заметил тачку Максимуса, старый грузовик «Форд», который он использовал в основном для перевозки трупов или товара. Я слез с байка, достал пистолет и поспешил к «Форду», но Максимуса внутри не обнаружил.
Я начал рыскать взглядом по окрестностям, надеясь, что Максимус не настолько обезумел, чтобы пойти туда в одиночку. Возможно, предположение Примо оказалось верным и Ромеро присоединился к Максимусу. В конце концов, у него имелись все основания участвовать в деле.
Максимус сказал, что информатор говорил по крайней мере о трех русских в здании.
Друг был метким стрелком, но его переполнял гнев, а это могло привести к проблемам.
Я обогнул здание и обнаружил Гроула и Примо возле одной из стальных дверей. Они пытались войти внутрь.
– Почему он не подождал вас?
– Он обманул нас, – пробормотал Примо. – Мы хотели разведать местность и убедиться, что информатор не завел нас в ловушку, но Максимус уже не мог терпеть.
Я покачал головой. Гроул сумел открыть дверь, и я первым переступил порог тускло освещенного помещения.
Примо и Гроул последовали за мной. Мы находились на небольшом складе «Братвы», что делало его отличной мишенью, но, конечно, Максимус примчался сюда не за этим.
До нас донеслись голоса, и я приказал Гроулу и Примо спрятаться за деревянными ящиками. Опустив головы, мы двинулись вперед.
Я напрягся, когда заметил двух мужчин, которые прятались за одним из ящиков, но расслабился, узнав Максимуса и его тестя Ромеро. Они направили на нас пистолеты, но мигом опустили стволы.
Я проскользнул к Максимусу и Ромеро и скрючился рядом с ними.
Ромеро указал на щель между ящиками, через которую Максимус наблюдал за сценой, разворачивающейся на складе.
Я тоже заглянул в щель.
Трое мужчин играли в карты за столом и нюхали дорожки белого порошка.
Мои губы скривились. Будь они солдатами Семьи, они были бы жестоко наказаны. Нельзя пробовать свой товар, если хочешь вести успешный бизнес.
– Тот, лысый, и тот, с большой бородавкой над губой… Они – двое из тех, кто нас поймал. – За яростью в голосе Максимуса слышалась боль.
Должен признать, я почувствовал облегчение, что он взял Ромеро. Если бы он пошел сюда один, то определенно наделал бы глупостей. Я редко чувствовал себя виноватым, но сейчас возненавидел себя. Я находился слишком далеко от Максимуса в тот момент, когда он нуждался во мне.
Я коснулся его плеча:
– Парень с бородавкой – лидер?
Максимус кивнул:
– Он – шестерка, пользуется ограниченной властью над своими тупыми солдатами.
– Я пойду вперед, а ты будешь прикрывать меня.
– Это мой бой, Амо. Я ждал. И я жажду их крови.
Похлопав его по плечу, я согласился.
– Не убивай их. – Его глаза горели жаждой мести. – Не хочу торопиться.
– Мы оба, – добавил Ромеро.
Я бросил на него взгляд и кивнул. В последние годы работа Ромеро в качестве капитана была не столь жестокой, как у Максимуса, но я чувствовал его потребность в кровопролитии.
По знаку Максимуса мы выскочили из укрытия. Противники не ожидали нападения и находились под кайфом, что облегчило нам работу.
Мне удалось повалить на землю лысого парня, а Максимусу – мужика с бородавкой. Ромеро занялся третьим, а Гроул и Примо следили за окружающей обстановкой на случай, если появятся солдаты «Братвы».
Дверь распахнулась, и я ударил лысого парня пистолетом по башке, затем направил его на ворвавшихся, но тотчас опустил дуло.
На склад вошел отец в сопровождении солдат.
