Покоряя Вселенную полностью

— Я забыл все свои обещания, — отвечает он. — Давай просто пойдем на вечеринку в субботу и начнем оттуда.

— Да, хорошая идея. Один шаг за один раз. Не нужно забегать вперед.

— Я не могу позволить тебе провалить этот предмет, Хлоя.

— Поверь мне, я знаю, — говорю я, не упоминая о том, что на этот раз могу потерять Лолиту. Пусть он думает, что мои действия имеют чисто академическую мотивацию.

Следующие несколько миллисекунд замедляются, поскольку он опускает лицо и прижимает губы к моей щеке.

— Позвони мне завтра, — просит он, отступив слишком быстро, чтобы улыбнуться мне.

— Хорошо.

— Мне бы хотелось, чтобы он поцеловал меня как вчера — долго и горячо. Но мы в школе, и это всё еще ново. Он входит в класс, и я остаюсь, прикасаясь к своим волосам и оглаживая рубашку.

Что не так с тобой, Хлоя? Ты даже не поцеловалась с ним в этот раз.

Я всё ещё здесь стою, совершенно потрясенная. Что люди подумают? Мне хватает и лесбийских слухов! Спокойно, Моторная девчонка, возьми себя в руки. Я направляюсь в класс крестной, возвращая свое душевное равновесие с каждым шагом. Четыре минуты спустя, когда я добралась до класса, я снова равнодушная, говорящая по-французски, отпадная байкерская чика.

Глава 14

Ситуация со стиркой дома официально вышла из-под контроля. Как могут два крошечных младенца создавать такой бардак? Серьёзно, количество белья утроилась за последние три месяца. Теперь к стандартному ряду рубашек и боксеров добавились слюнявчики, цена на которые явно завышена, и даже тканевые подгузники, спасибо убежденности моей мамы, что все, что удобно, должно быть экологически чистым.

Во всем этом одна радость — закончив развешивать белье на улице, чувствуешь такое же умиротворение, как после катания на мотоцикле.

Мама выходит ко мне во двор. Странно видеть её с незанятыми руками.

— Где малыши?

— Спят.

— И не на твоей груди?

— Ха, ха.

Она достает из корзины для белья одеяло с вафельным узором и вешает его. Мы тихо развешиваем одежду, и спустя минуту она говорит:

— Тебе что-то пришло по почте сегодня.

— Что? — уточняю я.

— Конверт из толстой бумаги. С названием агентства по усыновлению.

Черт. Я забыла про онлайн-заявку, которую заполнила. Я притворяюсь, что ищу что-то очень важное в корзине для белья. Только спокойствие.

— Всё в порядке? — спрашивает она.

— Да, отлично, — отвечаю я нервно. — А что?

— Ну, ты не каждый день получаешь письма из агентства по усыновлению. Есть что-то, что я должна знать? — Её глаза, выражение лица, взгляд, которым она смотрит на меня, я не могу прочитать ее выражение…но все это вызывает сердечную боль.

— Ничего, мам. Возможно, Рок подписал меня где-то. Он всегда занимается всякой ерундой вроде этого.

— Я не знала, что его так волнует твое происхождение, дорогая.

— Мам, — я хладнокровно останавливаю ее. — Это пустяки. Не раздувай из мухи слона.

Она пристально смотрит на меня, и выражение ее лица смягчается, но я чувствую напряжение между нами. Вот почему я не хотела ничего выяснять раньше. — Хорошо, если это выльется во что-то большее, скажи мне. Я не расстроюсь, — добавляет она. — Обещаю.

Мой телефон звонит сразу после ее последних слов. Пример спасительного телефонного звонка.

— Я должна ответить, мам, — говорю ей.

Она вручает мне одеяло с машинками и грузовиками и возвращается в дом. Хорошо, что она не поднимает проблему. Это деликатные дела. Я не готова говорить об этом сейчас. Я даже не знаю, как себя чувствую. Мне не стоило делать тот дурацкий запрос информации.

— Любопытство погубило кота, — отвечаю я на четвертый звонок.

Голос Рока смеющийся, ровный и глубокий:

— Бедняга котенок. Что случилось?

— Я заполнила онлайн-заявку из агентства по усыновлению. Она пришла сегодня, и мама ее увидела.

— Зачем ты ее заполнила?

— Я не знаю. Это ничего не значит.

— Тебе любопытно узнать о биологических родителях? Ты всегда говорила, что это ничего не значит.

— Нет, не значит. Я имею в виду…ладно, что, если значит, Рок? — говорю я, вешая крошечный носок. — Что если со мной случится что-то страшное, как с Сетом, и не будет никого с моим ДНК, чтобы помочь? Что если что-то произойдет с моими родителями? Кто у меня останется?

— Я.

— Спасибо, милый. Но ты знаешь, что я имею в виду.

— Эй, у меня тоже может не стать родителей. Мы бы оказались в одной лодке, ты и я.

— Вряд ли это одно и то же.

— Ты об этом хотела поговорить? Ты оставила мне сообщение.

— А, нет. Я хотела поговорить о другом. О…моем репетиторе.

— Что с ним? — Его тон становится беспокойным, серьезным. Что может быть серьезнее, чем мое усыновление?

— Ну, снова на сцене любопытный кот. Я поцеловала его.

— Ты поцеловала своего репетитора? — уточняет он слегка преувеличенно. — Это не то, чему он должен был учить тебя, куколка

— Он мне нравится, Рок. И я просто исследовала вопрос, поэтому даже не пытайся отговорить меня.

— Отлично. Значит, ты поцеловала его и поняла, что ничего не произошло. Дальше! — Он повышает голос, имитируя кассира, зовущего следующего в очереди.

— Нет, я так не думаю.