— Это больше на уровне чувств. Когда я думаю о спуске, мне страшно. Охватывает ледяной озноб, которого я никогда не испытывала ни в каких жизнях, ни в одной ипостаси. Ещё помню цепи. Помню безысходность и боль. И, честно говоря, не горю желанием спускаться.
— Но ты будешь?
— Буду. Мой путь ещё не окончен. Я узнала, что была когда-то Мисой Зеркальной, но кто я теперь? В чём смысл моей жизни? Сперва я хочу узнать, чего она, прошлая я, добивалась. А страх я способна преодолеть за счёт высокой осознанности. Скорее всего, он имеет магическую природу.
— Что вы обсуждали со Странником?
— Родные миры и сложности в прохождении Оазиса. Сверила свои воспоминания с его знаниями. Цели у нас по-прежнему общие…
— Э…ло… — потрескавшимися губами с трудом произнесла эльфийка, покрытая коростой из грибов с кровью.
— Сейчас, всё будет, не переживвай, — успокаивающим голосом ответила Альма, активировала пламя Асгора и положила руку в перчатке на её обезображенный лоб. Затем встала и прошла к шкафчику с медикаментами.
— Думаешь, стоит её кормить этим сейчас?
— Эльфийский эло.содержит множество различных соединений, часть из которых, в том числе, должна защищать древо от целого спектра паразитов, из-за чего грибы его не принимают. Суицидальные мысли от боли и болезненные воспоминания, от которых она бежит, принесут гораздо больше вреда в мире, где мысль материальна, а душевную боль может использовать мёртвая магия для одержимости.
Посмотрел на лицо Лифы. Её болезненные черты разгладились. По венам потекла желтая светящаяся жидкость, от чего все части тела эльфийки, которые ещё не были покрыты мицелием, высветили все вены и капилляры.
Альма хмыкнула и задумчиво посмотрела на шприц. Затем бросила взгляд на Рэйдала, темноволосого проходчика, в теле которого сейчас был мертвец. Судя по его виду, он тоже чувствовал себя паршиво, как и рогатый старик Хельхе за ним.
— А вколю-ка я и им немного. Мицелий элуриум вообще игнорирует, а разум расслабляет даже во сне. Тем более, что им и дозировка нужна будет намного меньше…
Я кивнул. Затем ещё немного посмотрел на спящую в кандалах Дину.
— Спасибо, что ты с нами, Альма.
Она замерла на минуту, затем кивнула.
— Спасибо, что правильно понял мою историю, — улыбнулась она мне в тон. — Кстати, у меня к тебе будет просьба.
— Слушаю?
— Ангедонии нужна эволюция. Мы примерно накидали с ней билд. Сделаешь для неё эталон под терминал?
— Новую расу? В любом случае, это будет на основе растительной генетики.
— Да, я знаю.
После лазарета меня уже ждали под терминалами. Покинув убежище, я направился к темнеющему над лесом природно-тауматургическому.
Красное дерево с белёсым стволом стало ещё больше, чем я думал. Толщина ствола была, наверное, уже метров пять, и продолжала увеличиваться. Раньше терминал располагался на поляне в лесу, теперь же вся поляна утопала в тени его кроны.
Упавшие красные листья создавали под ногами алый ковёр.
Чуть справа от него находился знакомый директивно-ионный, бывшее тело Мёртвой Мечты, из-за которого терминал стал подвижным. Он чем-то напоминал ржавого металлического краба с манипуляторами. Этот со времён своего появления у нас ни капли не изменился, хоть Сайна и много работала с ним.
У ионитового меня уже ждала сама Сайна. Вернее, не ждала, а просто наслаждалась его работой.
Рядом была груда странных искорёженных предметов неясного происхождения.
— Собираешь хлам? Рынка мало? — спросил я, подходя ближе.
— Брось, будто ты сам никогда не хотел накидать всего подряд в плюсовой и посмотреть, что получится! — возмутилась она. — Мне это за утренний кофе, сразу голова свежая и заряд бодрости на весь день.
— И как, получается?
— Себя успокаивать — да. — Усмехнулась она. — И начинаю немного разбираться в принципах работы терминала в целом. Но пока ничего конкретного. Так, по наитию.
— Что насчёт автомата Белой?
— Лучше в своём его прокачай. Ты же знаешь, иониты всё делают через… слишком хорошо в общем.
— Я думал, для тебя они делают исключение.
— Ну хочешь — попробую. Только чтоб я потом крайней не оказалась.
— Да не, забей. Просто интересуюсь, как у тебя всё устроено.
— Тут в терминал другой герой на очереди, — она кивнула в сторону края поляны. Там нашлась мрачная фигура Райшина. Венок на голове он не снимал, отчего выглядел очень странно. Мои некродендроиды всё-таки посимпатичней будут.
Поняв, что мы говорим о нём, кадавр медленно встал и направился к нам. Медленно, будто едва волочил ноги. Но я знал, что в случае необходимости он может рывком в один миг оказаться рядом.
— Давно он тут?
— С самого пиршества. Он ведь совсем нежить, не чувствует вкуса, не может опьянеть. Не удивительно, что ему надоело сидеть и смотреть, как другие веселятся.
— Скоро у нас будет эволюция, — огорошил я её новостью.
— Решил создать новую расу? Я не пойду, если что. Разве что за компанию. Я ещё не до конца освоила текущие возможности.
— Как хочешь. Это необходимо Райшину и Ангедонии, да и у меня есть кое-какие идеи.
— Что мне необходимо? — спросил кадавр, подходя к нам.
