– Что, Пауков, «экипаж в дальнем космосе – это твоя семья», – с издевкой процитировал первое положение Устава.
Артем перевел на него взгляд:
– Зачем ты здесь?
Сабо выдержал его взгляд, холодно отозвался:
– Решение капитана. Этого достаточно. Разве нет?
Покосившись на креонидянина, Ульяна глубоко вздохнула. Помедлив, встала, оперлась пальцами на столешницу, поймав собственное отражение на глянцевой поверхности.
– Да, я приняла решение, что он нам нужен.
Она подняла голову, окинула взглядом притихшую команду. Ребята смотрели с настороженным удивлением. Ксения – с интересом и любопытством. Она специально заняла место, чтобы видеть всех членов команды и оценивать обстановку.
Ульяна начала с главного:
– У нас изменения в составе. Два новых члена экипажа. Паль Сабо и Ксения Павлова, – слова давались с трудом, выдавливаясь по капле, по слогу. Перевела дыхание и заговорила громче. – В этой связи вижу необходимым перераспределить обязанности внутри экипажа… Паль Сабо займет позицию первого дублера, вместо временно выбывшей Наташи. Все остальные обязанности, связанные с работой бортовых механизмов и агрегатов, остаются в ведении Артема, Василия и Кира. В соответствии с функционалом. – Снова пауза. Еще один взгляд на команду. Снова зацепилась за злорадную усмешку Сабо, и в груди начала закипать ярость. – Учитывая, что Сабо принимает на себя обязанности навигатора при компрометирующих обстоятельствах, прошу его сдать личный коммуникатор старшему помощнику и бортинженеру Василию Крыжу.
По реакции Сабо, по его остановившемуся и растерянному взгляду поняла – попала в самую точку. С облегчением почувствовав, наконец, почву под ногами, улыбнулась и проговорила увереннее:
– Вася, а тебя попрошу заблокировать все внешние каналы связи коммуникатора Сабо. Ограничить функционал строго позицией первого дублера и необходимой для пилотирования внутренней связью с экипажем. – Она посмотрела на креонидянина: – Экипаж в дальнем космосе, действительно, наша семья. А семьи, как известно, бывают разными. У нас теперь такая.
Сабо шумно фыркнул, расстегивая крепления бромоха. Вытащив креоник из пазов, оттолкнул его от себя – тонкая пластина, мигнув золотыми огнями, прокатилась по столу прямо в руки Крыжа. Тот ловко прихлопнул ее ладонью, придвинул к себе и положил в коробку, рядом с креоником Ксении.
Ксения, сидевшая за креонидянином, уставилась на его оголенное запястье. Резкий выпад – она перехватила пальцы креонидянина и придавила к столу, заблокировала, вывернув запястье.
– Что за… – Сабо дернулся и замер под взглядами экипажа.
– Сидеть! – приказала.
Свободной рукой Павлова отодвинула крепление бромоха, провела подушечкой пальца по багровым шрамам на запястье: четыре строго параллельные полосы, одинаковой длины. Явно сделанные специально – слишком аккуратно они выглядели. Перевела взгляд на креонидянина.
– Это что?
Сабо не пытался вырвать руку, осклабился.
– Это следы от катетеров.
– Четыре штуки? – Ксения изогнула бровь.
Сабо невозмутимо отозвался:
– Четыре штуки. Что в этом не устраивает?
Ксения неохотно высвободила его пальцы, вернулась на свое место. Креонидянин брезгливо одернул рукав, спрятал шрамы. С опаской покосился на Павлову и отвел взгляд. Правда, теперь он не выглядел так самоуверенно и нагло.
Ульяна почувствовала, что в ее руках оказался еще один ключик к уязвимости креонидянина.
Дождалась тишины за столом, проговорила:
– Продолжим. Для полноценного контроля за пилотированием, с учетом функциональных особенностей корабля, приказываю первому навигатору пройти полную диагностику, а бортовому медику включить его нейропараметры в систему биотелеметрии фрегата… Артем, сколько времени тебе на это потребуется?
Пауков сцепил зубы – она видела, как обострились желваки на его щеках:
– Три часа будет достаточно.
Ульяна кивнула:
– Хорошо… Теперь Ксения…
Девушка покачала головой, подняла вверх руку:
– Я прошу прощения, Ульяна, но я не являюсь членом вашего экипажа в привычном понимании и представляю Управление сопровождения следственных действий, – при этих словах лицо Сабо заметно вытянулось. – В мою задачу входит наблюдение и сбор доказательственной базы, а также обеспечение вашей безопасности. Учитывая присутствие на борту беглого преступника, участвовавшего в попытке госпереворота и захвата станции Тамту, то обеспечить его возврат в ве́дение Управления при первой возможности…
Сабо хрипло выругался:
– Я не вернусь на Калипсо!
Ксения сделала выразительную паузу, но не взглянула на него, продолжила, как ни в чем не бывало:
– Я действую в рамках протокола и внутренних инструкций. Более того, должна вам сообщить, что если у меня возникнет необходимость и острое желание залезть в работу любого из членов экипажа, вы мне с радостью ее предоставите…
– Вот прям с радостью? – Крыж прищурился.
Павлова кивнула и промурлыкала:
