– Бродячие суки любят арконских мужчин. Видимо, им не хватает своих.
– Ха-ха-ха! Попробуй укротить такую – она тебе все в штанах откусит!
Арконцы захохотали.
– Просим прощения, но нам не нравятся бродячие собаки. Мало ли, какую заразу они принесут.
– Верно. Один герцог уже пал жертвой такой заразы.
– А может, она ему просто все откусила?
Новый взрыв хохота чуть не оглушил Найта. Он чувствовал отвращение от слов рыцарей и хотел расспросить Хана, но боялся привлечь внимание. Они стояли за спинами других, и Элияр крепко держал его за предплечье. Настолько крепко, что было очевидно, в какой он ярости.
Элисте молчала, пока арконцы веселились. Она могла бы сжечь всех до тла щелчком пальцев, но сохраняла спокойствие. Найт чувствовал, что магия будто дремлет в ее теле, окутывая его мягким янтарным сиянием.
– Кочевницы сражаются бастардами. Может, вы их еще и рожаете?
– Говорят, та шаманка, приворожившая Его Светлость, родила одного.
– Это лишь слухи. Столько лет уж прошло. Нечего сочинять.
– Не бывает дыма без огня! В любом случае, одна из ваших распутниц виновата в смерти герцога Александра. Не думайте, что в Арконе вам хоть когда-нибудь будут рады. Зовитесь вы хоть воинами, хоть целителями, все равно вы ведьмы и колдуны!
– Я воин и целительница, – громкий голос Аури прозвучал от входа в зал. – За ваш треп могу отрезать вам языки, а потом подлечить.
Толпа взорвалась криками. Самым громким был голос человека, обвинившего шаманку в смерти герцога:
– Бесстыжая ведьма!
– А за что мне должно быть стыдно? За своих братьев и сестер, отдавших сегодня жизни ради Аркона? Или, может, за свое происхождение? Должна ли я стыдиться своих знаний и магии или того, что я сильнее любого из вас?
Найт мог представить, как сейчас выглядит Аури. Высокая, с гордо поднятой головой, мускулистая и невероятно красивая с ее яркими шоколадными глазами и полными алыми губами. Она в легких доспехах кочевников и обуви большого размера, на талии висит один меч, а за спиной второй; кинжал на поясе и сумка через плечо, полная всевозможных снадобий; одежда вся в пятнах засохшей крови, на руках шрамы от клинка, под ногтями грязь и запекшаяся кровь; властный взгляд приковывает к месту и заставляет внимать ее словам.
Может, Элисте молчала и ждала, потому что хотела, чтобы все увидели и услышали именно Аури?
– Ну так что, мне нужно достать свой бастард и продемонстрировать, за что меня прозвали на границе бешеной шаманкой? Или вы наконец закроете свои рты и послушаете новости о младшем брате вашего нового герцога?
Арконцы молчали. Найт был уверен, что их яростные взгляды могли бы прожечь дыру в ком-то другом, но не в Аури.
– Что с лордом Греем? – спросил кто-то из рыцарей.
– Он мертв, – ответила девушка. – Из отряда Соколов, отправившихся за стену, вернулся лишь один.
После ее слов воцарилась тишина, а потом арконцы разом заголосили:
– Мертв?! Да быть не может!
– Ты врешь! Кто это сказал?
– Где его тело? Ты его видела? Если нет, то, возможно, граф еще жив!
Аури вздохнула и прошлась по залу. Остановившись напротив стола, она схватила кувшин с водой и принялась пить большими глотками. Только выпив половину, она поставила его и села рядом на стол, а затем начала расстегивать ремешки брони.
В Арконе тоже имелись свои воительницы. Сильные, ловкие в обращении с глефами и мечом, отличные наездницы и гордые леди. Они, без сомнения, способны, спрыгнув с коня, переодеться в платье и сплясать на балу. Но едва ли хоть одна из них с таким спокойствием может снимать свои грязные доспехи в присутствии толпы мужчин, ожидающих от нее ответа, или прикончить демона в одиночку.
Не мог и никто из этих храбрецов, называвших кочевников бродячими собаками.
– Вашего графа принес выживший Сокол. Но он умер раньше, чем попал к нам, – сказала Аури. – К сожалению, шаманы не воскрешают мертвых.
– Что случилось?
– Крейнцы как-то прознали о планируемой диверсии в их лагере и устроили засаду со стаей волков.
Мужчины молчали. Любой, кто хоть раз видел демонических тварей, мог представить, что станет с людьми, которых они убьют. Будет удачей найти хотя бы кусочек, чтобы похоронить.
Младший внук старого герцога был отважным воином и хорошим человеком. Среди рыцарей у него была хорошая репутация, а простые солдаты почти боготворили его. Никто не знал арконца, умевшего лучше лорда Грея обращаться с глефой, никто не знал мужчину образованнее его. И хотя по характеру он был мягок и не рвался к власти, большинство людей хотели видеть будущим герцогом именно его.
– Это невозможно, они не могли узнать о плане графа, – проговорил мужчина, спрашивавший о теле погибшего. – Я не поверю, что его больше нет, пока сам его не увижу! Если предатель попадется мне в руки, я сверну ему шею!
– Такую мразь лучше бросить сторожевым псам!
– Лорд Грей вчера спас мне жизнь! Он герой! Мы не можем оставить безнаказанным предателя и тех, кто убил нашего командира!
– Ну и как его найти? Эта крыса, должно быть, хорошо прячется.
– Его Светлость этого так не оставит! Он отомстит за брата!
