– Теперь я понимаю Хана! Если вы так относитесь ко всем, кто слабее вас, то стоим ли мы, смертные, хоть одного вашего волоса?
– Ты не знаешь, о чем говоришь!
Аури склонила голову набок и усмехнулась. А потом перевела взгляд на герцога, кожа на лице которого, казалось, вот-вот треснет от едва сдерживаемого гнева.
– Этот человек принесет всем лишь беду, а тебе – позор, Покровитель Севера!
– Закрой свой поганый рот, бродячая сука! – не в силах больше молчать, прорычал Роан.
Но Аури не обратила на него внимания и сказала:
– Останови заключение контракта.
Это разгневало герцога еще больше. Если бы не барьер и незавершенное заклинание, он давно бы уже выхватил меч и разрубил дерзкую девчонку на части!
– Как ты смеешь приказывать Покровителю?!
В этот момент барьер вдруг растаял, как и печать над его ладонью. Роан проследил за взглядом Кирана и стиснул зубы до скрипа.
Несколько шагов вперед сделал мужчина одного роста с герцогом, с почти идентичными чертами лица и с такими же голубыми глазами. Только в одних была ненависть и шок, а в других – решимость и хладнокровие. Удивительно, как сильно могут отличаться одинаковые глаза, когда в них отражаются души, совершенно противоположные друг другу.
– Давно не виделись, брат, – произнес Нае.
Взгляд герцога потемнел.
– У меня был только один брат. И сейчас он мертв. – Он горько усмехнулся. – Ты рад этому?
– Нет.
– Ну да, ведь он был добр даже к чужому щенку. А тот с радостью вилял перед ним хвостом. Как же я ненавидел это!
– Нравится тебе или нет, но у нас один отец.
– Подлый изменщик и пьяница, – скривил губы Роан. – Он и ты испортили жизнь моей матери! Но он умер. Его лицо для меня – прошлогодний снег. Растаяло в памяти без следа.
– А разве не его ты видишь в зеркале?
– Нет. К счастью, я больше похож на мать.
Нае вздохнул:
– Отец любил тебя и Грея.
Роан вскинул брови:
– А по-моему, он был одержим шаманским отродьем!
Он бросил взгляд на Аури, чья рука крепко сжимала эфес меча. На лице девушки читалось отвращение, в ответ на которое лорд Аркона продемонстрировал надменную ухмылку.
– А ты не отстаешь от отца, да? Она у тебя одна или несколько? Должно быть, непросто удовлетворить этих су...
Тут же мужчина с грохотом повалился на пол от мощного удара в лицо. Кожа была рассечена перчаткой Нае, который не стал сдерживать силу.
– Ты растерял перед Покровителем все свое достоинство, – проговорил он.
Приподнявшись на локте, Роан выругался и вытер с подбородка капающую на ковер кровь. Его глаза покраснели, а на висках и шее вздулись вены.
– Ты!.. Посмел ударить меня?! Захотел сдохнуть, ублюдок?
Нае насмешливо вскинул бровь и наклонился, чтобы вытереть перчатку об алый плащ герцога.
– Может, я и ублюдок. Но я уже давно не маленький мальчик. – Он встретился взглядом с Аури и чуть приподнял уголки губ. – Что такое? Разве это так больно, Роан? Вставай.
Киран молча наблюдал, решив не вмешиваться. Под его взглядом герцог чувствовал унижение, безграничную ненависть и желание убить человека, из-за которого оказался в таком жалком положении. Он поднялся и выпрямился, ощущая, как по лицу и шее стекает кровь.
– Зачем ты пришел?
Нае положил руку ему на плечо. Этот жест мог показаться дружеским, если бы не морщинка между бровей герцога. Сильная хватка младшего брата причиняла боль, будто кость сжали в тиски. Непонятно откуда взявшийся страх сковал конечности.
Неужели он испугался этого бастарда? Чушь!
– Это ведь мой дом, – ответил Нае.
– Тебя никто не ждал!
– Знаю. Но я пришел не погостить. Ты заключил сделку с крейнцами, правда?
Оскорбленный лорд выпучил свои красные глаза:
– Сделка? Вздор! Хочешь превратить меня в предателя? Щенок вырос не дворовым псом, а подлым лисом!
– Может быть.
Никто, кроме Кирана, не успел заметить, как Роан молниеносно вытащил из-за пояса нож и нацелил его в грудь Иннае. Но тот среагировал еще быстрее и вывернул руку с ножом, перехватил его и вонзил в живот брата.
Вариан, стоявший у дверей, вскрикнул. Аури вытащила меч.
– Тот же нож, – произнес Нае, улыбаясь, и склонился к уху Роана, чтобы следующие слова слышал только он, – то же место. Не волнуйся, ты не умрешь. Почему смотришь так сердито? Разве это больно? Больно – это когда твою мать называют ведьмой и шлюхой, а тебя – выродком, безродным щенком и мерзким ублюдком. Больно, когда родной дед не хочет видеть тебя. Больно получить пятнадцать ударов кнутом за то, что твой голос кого-то раздражает, или твой вид заставляет кого-то потерять аппетит. Больно идти босиком по снегу с дырой в животе. Вот так. А теперь отдохните, Ваша Светлость. Об Арконе позаботится бастард.
Нае отстранился и позволил Роану со стоном рухнуть на пол. Из раны в его животе текла кровь, но органы не были задеты.
– Ненавижу! Ты... сучий выродок! Я убью тебя! Тварь! Ненавижу!
Нае не удостоил его взглядом. Стерев с лезвия кровь об алый плащ, он отбросил нож в угол комнаты и повернулся к шокированному Покровителю.
