Проторчав три года на границе, дослужившись до лейтенанта и попав, наверное, во все возможные ситуации, засады, ловушки и столкнувшись лицом к лицу с отрядами демонов и крейнских магов, Хан привык надеяться только на свои силы, а не на счастливый случай. Не существует в мире людей, которых сбережет талисман, везение или молитва Покровителю. Он знал много таких, хранивших у себя кулоны, монетки, надевавших в бой «счастливые» доспехи или нижнее белье, стоявших перед битвой на коленях у статуи в храме или глупо веривших в свое везение. Позже он обычно видел их пронзеннми мечами, копьями, сожженными, с оторванными конечностями и все в таком духе. Так было всегда: люди погибали, но никакой Покровитель не приходил им на помощь, только такие же смертные, чья жизнь, по всей видимости, ничего не стоила.
Еще раз использовав ветер, Хан решил все же немного пройтись, потому что своим глазам доверял больше, чем магии. И не прогадал. Отойдя от беспечно спящего и будто не соображающего, в какой опасности они находятся, Найта всего на полсотни метров, чтобы успеть быстро вернуться в случае чего, он увидел за деревьями впереди силуэт человека. Тот даже не скрывался, но и не нападал, а только молчал и смотрел на Хана из-под капюшона, отбрасывающего глубокую тень на лицо.
Не почувствовав ауры мага и не заметив доспехов или оружия, парень лишь больше напрягся, потому что знал только одного похожего типа, увязавшегося за ними в Шетере.
– Если хочешь что-то сказать, говори.
– Ску-учный, – протянул демон, делая пару шагов вперед и стягивая капюшон со светлых волос, собранных в хвост. – Почему вы, люди, такие зануды? Я тут пытался быть таинственным и все такое, а ты так быстро меня раскусил.
– Много болтаешь, – низким голосом проговорил Хан, опуская ладонь на рукоять меча. – Почему не напал?
– Не хочу! – Демон сиял, как только что отчеканенный эд. – У меня немного изменились планы. Все так интересно закрутилось...
Хан вопросительно выгнул бровь.
– О, тебе знать необязательно, – отмахнулся демон. – Но пока я вас преследовать не буду, так что можешь расслабиться. – Бросив взгляд в темноту за спину Хана, он цыкнул. – Это так ты заботишься о своих товарищах? Стук зубов отсюда слышно. Ну, я пошел.
Он развернулся на каблуках и исчез в темноте.
Вернувшись к изогнутому дереву и дремлющим коням, лучник минуту разглядывал несчастного, отбивавшего зубами быстрый ритм. Выдыхая облачка пара, дрожа и неразборчиво что-то бормоча, Найт не собирался просыпаться, а Хан, понаблюдав за этой картиной и припомнив наказ Аури, вздохнул и сел рядом.
Изначально он не собирался этого делать, но ночь выдалась слишком холодной (причем он подозревал, что в этом могут быть замешаны демонические силы – уж слишком много их развелось в округе), так что даже морозостойкий Хан немног замерз. Привалившись к дереву, он притянул Найта поближе и вместе с ним закутался в покрывало. Если бы это увидела Аури, она осталась бы давольна.
Хан не мог позволить себе уснуть и развлекался тем, что прислушивался к лесу и бессвязному бормотанию человека рядом, готовый в любой момент вскочить и вытащить лук или меч. Некоторое время они сидели в полной тишине, и северянин уже подумал, что согревшемуся Найту начал сниться другой, более приятный сон, когда он вдруг прошептал четко и ясно: «Не надо», взбрыкнулся, и едве не завалился назад. Хан вовремя поймал его за капюшон и даже умудрился не разбудить.
– Лунатик, что ли? – предположил лучник, удобней устраивая тушку молодого господина под пристальным взглядом его ласки.
Во сне, под заклинанием чтения прошлого Сибиллы, он заново переживал долгие дни темноты, безмолвия и одиночества, по крупицам собирая себя. Ему вновь удавалось начать говорить, вновь приходилось плакать и кричать, слыша эхо собственного голоса. Он вновь пел песни и читал неизвестно откуда взявшиеся в голове стихи.
А потом его нашла Лейсан и, накинув на плечи плащ, увела оттуда, нашептывая что-то успокаивающее.
«Не надо, не надо... – мысленно повторял он. – Я не хочу туда возвращаться! Пожалуйста!»
Наконец ладонь старейшины, оторвалась от его лба.
Глядя на стоящего на четвереньках и почти задыхающегося Найта, по щекам которого катились слезы, Сибилла сказала:
– Он не демон. Мы не станем его убивать и понаблюдаем какое-то время.
Эйден поджал губы. Каррин убрала меч за спину, а золотоволосый старейшина поднялся из-за стола и спустился по лестнице.
– Успокойся, – его ладонь легла на голову дрожащего Найта. Голос синеглазого Покровителя оказался глубоким баритоном. – Заклинание слишком сильное. Я угомоню твою ауру, пока она не ранила тебя самого.
Черный туман, вившийся вокруг с того момента, как аура Сибиллы отступила, постепенно рассеялся.
– Ноэ, – сделав шаг вперед, произнес Эйден. – Мы не можем знать, исполнил он желание или нет. Он даже силу не может контролировать. Нельзя, чтобы он был рядом с людьми и Лейсан.
Ноэ помог Найту подняться.
