– Вчера, пока вы были на переговорах… котлы и метелки, это даже звучит дико… В общем, пока вы договаривались с бестиями, Алира мне рассказала о твоем… недуге, – замялся он. – Прости, конечно, но ситуация, мягко говоря, странная. – Бардос поправил линзы на носу, а после раскрыл один из принесенных томиков. – Я покопался в имеющихся записях, посидел немного в полной тишине, напрягая память…вот были бы целы мои книги из Негласной библиотеки… – почти простонал он.
– Бардос, – поторопила его Нерисса, уже уставшая слышать от него одни и те же стенания по пропавшему архиву в северной башне.
Если сейчас Бардос так ворвался к ней, значит, он нашел ответ, и лучше не позволять ему уходить в глубокие размышления.
– Котлы и метелки, ладно, – сдался библиотекарь. – Начну по порядку. Во-первых, я решил сопоставить отсутствие твоей силы с посторонними факторами, как, например, наличие рунической
– Это, конечно, интересно, но звучит так, будто ты хочешь сказать, что я одаренная самими духами-защитниками, – с сомнением заметила Нерисса.
– Так и есть. Ты ведьма и твой долг – защищать людей от бесов-пересмешников и их порождений.
Нерисса невесело хмыкнула:
– Выходит, люди столько лет убивали тех, кто был послан их защищать… – Она уставилась в столешницу. – А с чего ты взял, что я посланец духов-защитников? – Нахмурив брови, Нерисса снова взглянула на библиотекаря.
– Вот с чего. – Бардос ткнул в другую книгу и заворчал: – Как я сожалею, что эти тексты не попали ко мне раньше! Они столько лет хранились в запертом архиве Клыка, а мы как слепые котята ползали по ровной поверхности… Сколько бы вещей удалось избежать и прояснить, узнай я это не так поздно. Но теперь уже ничего не поделать, котлы и метелки. – Бардос тряхнул головой. – Вот, смотри: до сотворения колыбели, когда было противостояние людей и бестий, духи создали ведьм для защиты простых смертных. Ты – ведьма. Поэтому все сходится.
Нерисса перестала его слышать, утопая в тексте. Открывшееся повергало в шок. Если подобная книга была у Ниорин, то это заметно усложнит всем жизнь. Но прочитав страницу от и до, Нерисса не получила ответ на главный вопрос – почему пропала ее сила?
– С какой целью ты начал разговор со
– О! – спохватился тот. – Согласно тексту, даже змейки полностью не лишают силы, они лишь глушат ее. Стоит снять браслет – сила снова пробуждается. Выходит, на тебя повлиял другой фактор.
– Я заметила, – невесело фыркнула Нерисса и, опустив руки на стол, уперлась в столешницу лбом. – Так, значит, ты не нашел ответ?
Бардос странно хмыкнул и замолчал, после чего зашелестел страницами.
– Вынужден согласиться с твоей наставницей, – протянул он. – Мощный энергетический выброс поспособствовал сильному истощению твоего магического фона, поэтому ты не можешь колдовать.
Подняв голову со стола, Нерисса прищурилась.
– И ты туда же? – простонала она. – Тогда почему после стольких дней магия не возвращается, даже по чуть-чуть?
– Значит, ты еще недостаточно восстановилась.
– Ты что-то недоговариваешь, Бардос. – Нерисса пытливо заглянула библиотекарю в глаза и выпрямилась, скрестив руки на груди. – Что-то еще нашел в этом томике, да?
Библиотекарь ссутулился и забегал глазами. Наконец он сдался и затряс головой.
– Кажется, я знаю, что случилось с Лораном, и это же может объяснить исчезновение твоей магии, – прошептал Бардос и молча пододвинул к Нериссе книгу нужным разворотом.
Он постучал по центральному абзацу пальцем и качнул подбородком.
Нериссу насторожило, что он ведет себя так странно. Опустив глаза, она принялась читать про устройство Миира, уровни вселенной и их создателей, позже покровителей людей и бестий – духов и бесов. Она прочитала абзац, другой… И от лица отхлынула кровь, стало будто бы холоднее. Перед глазами менялись друг с другом слова: то речь шла про мир, то про раскол, о предводителе и одержимости. Оторвавшись от крючковатых сносок на краю листа, Нерисса уставилась на Бардоса округлившимися глазами, ставшими больше грох.
– Что значит «сосуд для беса»? – ее голос осип. Если то, что упомянуто кривым почерком на сносках в книге, правда, то дела их совсем плохи. – Ты хочешь сказать, что Лоран одержим, что он оболочка, в которой поселился бес-пересмешник?
Бардос неуверенно замялся, но все-таки качнул головой.