После атаки странных существ, которых до сих пор не смогли опознать ни Бардос, ни Хеши, ни Лоран, прошла напряженная ночь. Теневые стражи стояли на постах под луной до самого рассвета, после восхода солнца их сменили другие, но ни ночью, ни днем, ни через сутки, двое и трое бестии не появлялись. С их последней атаки прошло девять дней. Все это время Грифоны жили в напряжении и ожидании чего-то страшного.
Такого перерыва между атаками бестии не делали прежде. Лоран и совет пребывали в глубоком недоумении, и в итоге они решили использовать затишье в своих целях. Время дало людям Лорана шанс подготовить новое оружие, поставить дополнительные баррикады и, залатав остатки хозяйственных построек, сделать укрепления, где могли прятаться люди во время нападения тварей. Портные королевства уже приступили к пошиву новой формы, мастера вернулись к работам над фундаментом замка, но особых деталей Нерисса не знала.
Все это время она ни разу не встречалась с Лораном. Ее злила его подозрительность и озадачивали перемены в нем. Хуже того, она приходила в неистовое бешенство, прекрасно понимая, что он наверняка начал догадываться, о чем именно она умалчивает. Нерисса не говорила ему, что лишилась сил. Все время, принимая участие в ночных битвах, она старалась держаться особняком, чтобы никто не заметил, что единственное ее оружие – это меч, а вовсе не магия.
От досады у Нериссы начали опускаться руки. Вопросов было столько, что головная боль стала почти родной, и лучшим способом избавиться от нее было получить ответы, вернувшись на Клык для встречи с Гилмором и Галин.
Наконец Нерисса, Беван и Алира спустились к побережью и оставили лошадей груму, который все это время плелся за ними на пони. У воды, как и на Одичалом берегу, гудела привычная портовая сутолока, вот только в этот раз Нериссе было совсем неинтересно. Беван встретился с капитаном судна неподалеку от пристани, и скоро на маленькой лодочке их всех домчали по ледяным волнам до стоящего на рейде корабля. Нериссе с Алирой выделили общую каюту на нижнем ярусе, но большую часть первого дня они провели на верхней палубе, слушая байки моряков и наблюдая, как те обращаются с сетями. Нерисса подметила, что без улова не обходился ни один заброс. Действительно, стоило исчезнуть проклятию Одханы, как вместе с колыбелью бестий проснулся и весь остальной Миир.
С приходом зимы солнечный день сократился, а на воде, казалось, и вовсе был еще короче. Холод стоял просто невыносимый. Едва начало темнеть, экипаж корабля распределил вахты, и первая смена, охотно покинув верхнюю палубу, спустилась в кают-компанию. Кок приготовил наваристую рыбную похлебку, к которой подали пышный хлеб замысловатого пепельного оттенка, – попробовав его, Нерисса сразу поняла, что главным ингредиентом послужила мука из водорослей. Подобные лепешки готовили на Клыке, поскольку пшеницы там никогда не было. Завершением ужина стали заваренные в кипятке травы, от одного запаха которых накатывало умиротворение. Нерисса поняла, что если допьет свою порцию, не выходя из-за стола, точно уснет прямо за ним. Поэтому, поблагодарив экипаж за компанию, а кока – за отменный ужин, она забрала кружку с напитком и ушла в каюту, подметив, что многие моряки уже вовсю зевают. Алира осталась с Беваном, и Нерисса, оглянувшись напоследок, заметила, что их руки переплелись под столом.
С трудом справившись с качкой и чудом расплескав не весь напиток, она добрела до их с Алирой каюты и ввалилась внутрь, когда судно снова нещадно накренилось. Выпрямившись и отряхнув руку, на которую вылилась горячая вода, Нерисса почти проехалась по полу до своего тюфяка и свалилась на него, только сейчас понимая, как жутко устала из-за постоянного напряжения, вызванного попытками балансировать на качающемся корабле.
Глядя на скрипящие доски потолка, которые проседали под весом шагающих наверху, Нерисса допила отвар и провалилась в сон. Сколько пролежала в блаженной дреме, она не знала, но когда дверь каюты приоткрылась и внутрь вошла Алира, советница перехватила ее прищуренный взгляд и опешила.
– Ты еще не спишь?
– Сплю, – снова закрыв глаза, призналась полностью проснувшаяся Нерисса.
Алира виновато ойкнула, но больше ничего не добавила. Придерживаясь за стены, она добрела до своего спального места и плюхнулась на тюфяк. Нерисса тут же открыла один глаз и покосилась на советницу, растянув губы в хитрой улыбке.
– Расскажешь?
Зарывшись в одеяла, Алира повернулась к Нериссе и перехватила ее хитрый взгляд.
– Ты ведь спишь? – напомнила девушка.
– Уже нет. – Нерисса перевернулась на бок и подперла голову рукой.
