Содержание:Колонка дежурного по номеруНик. РоманецкийИстории. Образы. ФантазииВиктор Точинов. Мы никогда не сдадимся: Повесть Олег Сухачевский. Ужас мореплавателей: (Из рукописей, найденных в библиотеке дона Бласко Эсперанса де Сильва): РассказМайк Гелприн. Исход: Рассказ Владимир Голубев. Черновик: РассказАнастасия Волжская. Идеальная пара: Рассказ Леонид Резник. Душа напрокат: РассказНаталья Шнейдер. Лекарь: РассказАндрей Саломатов. Рассказ №41 (Из цикла «Парамониана»)Ника Батхен. Кхаморо: Рассказ Личности. Идеи. Мысли.Георгий Абсалямов. Досадная брешь!Антон Первушин. Технологическая сингулярность – угроза или блеф?ИнформаторийМиры Стругацких: Время учеников, XXI век«Созвездие Аю-Даг» – 2009Наши авторы
Исход...
Одна из «вечных» тем в литературе.
Причина этого явления проста — поиски лучшей доли для некоей человеческой общности. Самый крайний случай — массовая попытка спасти свою жизнь, уйти от неминуемой гибели.
Когда-то, в библейские времена, еврейский народ бежал из Египта... Жизнь кочевников — постоянная смена районов обитания... Много позже произошел исход европейских пассионариев на американский континент... В будущем, вполне возможно, человечество уйдет с родной планеты в безбрежные просторы Космоса.
Перемена места жительства всегда сопровождается большими трудностями для человека. Эти трудности становятся смертельно опасными, когда для исхода не хватает транспортных средств, а период переселения крайне ограничен во времени. Тут неизбежно возникает проблема выбора — кого спасать, а кого обречь на смерть.
Именно такую ситуацию рассматривает наш постоянный автор Майк Гелприн в рассказе, который так и называется «Исход».
Заглавная повесть номера, автором которой является другой наш постоянный автор Виктор Точинов, также связана с вышеупомянутой «вечной» темой, только тут исход уже состоялся. Однако и на космических дорогах человечеству никуда не деться от своих привычек и желаний, от своей собственной сути.
Темы остальных произведений номера не менее «вечны».
Тут и возможность или невозможность договориться с чуждым разумом; и попытка создания идеальной семейной пары; и сдача напрокат своей души (вместо прямой продажи дьяволу)... И многое другое.
В разделе же нехудожественной литературы еще один наш постоянный автор Антон Первушин анализирует причины и последствия будущего качественного скачка в развитии человеческой цивилизации. А в эссе Георгия Абсалямова сделана попытка разобраться: почему фантастика в упор не видит медицину грядущего?
Читайте, дамы и господа. И да не коснутся вас проблемы, приводящие к исходу...
Вахтенный офицер и швартовый расчет хорошо знали свое дело: космобот коснулся шлюза джамп-базы «Святая равноапостольная княгиня Ольга» мягко, плавно, без нередкого в подобных случаях резкого толчка последней коррекции.
«Ну что же, — подумал Несвицкий, — все-таки флагман флота, и отбирают сюда, без сомнения, лучших из лучших...»
Шлюзовая камера медленно наполнялась воздухом, наконец наполнилась — в центре мембранного люка появилось крохотное отверстие, быстро росло, расширялось, и вскоре уже можно стало проникнуть на базу, но Несвицкий не хотел попасть туда, — согнувшись в три погибели, дождался, когда люк полностью втянется в стены, и лишь тогда шагнул внутрь.
— Сми-и-и-рна! — раздалась громкая команда.
Встречали его по первому разряду: двумя рядами вдоль переборок выстроились двенадцать рослых гвардионцев из личного конвоя флаг-адмирала: лица под низко надвинутыми касками застыли неподвижно, УОКи опущены к полу. Два офицера: один в мундире гвардейского поручика, с адъютантскими аксельбантами, второй — в темно-синей флотской форме, с погонами капитана второго ранга. Протокол соблюден изящно и тонко: с одной стороны, вроде бы кавторанг почти ровня по званию Несвицкому, всего на ступень ниже; но, учитывая место службы последнего, — не совсем и ровня... И в тоже время чин
достаточно высокий, чтобы дать понять гостю: его и представляемую им службу здесь весьма уважают и кого попало встречать не пошлют...
— Добро пожаловать на борт «Святой Ольги», господин полковник! —капитан второго ранга поднес ладонь к козырьку, поручик скопировал его жест. Гвардионцы сделали «на караул», вскинув УОКи.
— Вольно! — махнул им рукой Несвицкий. Неформальным жестом протянул руку кавторангу:
— Несвицкий, Михаил Александрович.
— Барон фон Корф, Николай Оттович, — отрекомендовался флотский, ответив крепким рукопожатием.
Поручик приличиям был учен — щелкнул каблуками и склонил голову в коротком полупоклоне:
— Гвардии поручик Гельметов к вашим услугам, господин полковник.
— Как прошло путешествие, Михаил Александрович? — поинтересовался капитан второго ранга.
— Все в порядке, долетел благополучно, — коротко ответил Несвицкий.
Не рассказывать же, в самом деле, что бот едва не стал жертвой какого-то пилота-камикадзе, прорвавшегося сквозь боевой порядок истребителей прикрытия, и пришлось провести несколько не самых приятных минут жизни при перегрузке в семь «же». Наверняка на джамп-базе уже осведомлены о подробностях инцидента, и жаловаться не к лицу...
— Тогда извините, я понимаю: устали с дороги, но командующий просил немедленно по прибытии пожаловать на военный совет, — произнес капитан второго ранга.
