Из сонника, составленного послушницей гильдии прорицателей.
Всю ночь меня мучили странные сны, где я сидела под ветвями кипариса, а рядом со мной лежал Рэт. Мы улыбались друг другу, а вокруг распускались синие и белые розы. А потом кипарис превращался в фонтан, но вместо старого рыбака на каменном пьедестале возвышалась Маришка Резникова. Ее волосы трепал ветер, и они взметались вокруг ее лица жемчужным облаком. Девчонка спрыгивала с постамента, и Рэт завороженно поднимался ей на встречу. Но я продолжала сидеть в тени, а когда хотела кинуться остановить его, то руки мои каменели. Из кустов вылезал Феликс и тряс у меня перед лицом вечнолампой. «Кто ты, а кто он», — кривились его губы, исторгая из себя тысячи голосов: «время никогда не будет на вашей стороне».
Проснулась я рано. На лбу блестели капельки пота, будто всю ночь меня мучил жар. Окно было распахнуто, пропуская в комнату лесной воздух. Где-то заливалась мелодичная ночная птица, предвещая скорый рассвет. Я подошла и облокотилась на деревянный подоконник. Небо уже было прорезано персиковыми всполохами, а на горизонте разгорался алый пожар.
Все так быстро менялось, словно моя жизнь была песочными часами, которые кто-то каждый раз переворачивал. Вчера Рэт был со мной, но день назад все мечты о нем осели прахом. Что же будет сегодня? Я зажмурилась, но вокруг уже звучало журчание фонтана и серебристый смех Резниковой. Надо будет обсудить с ним все это. Хотя бы спросить, полунамеками выведать, кто для него эта эфларка. А потом уже позволять касаться своего сердца. От последней мысли стало смешно, ведь вчера он доказал, что сам готов схватить его и сжать в своих пальцах. Мое разрешение для этого вовсе не нужно.
На завтрак я пошла с четким намерением добиться правды, ну или хотя бы задать пару каверзных вопросов. Главное было вычислить Рэта и не дать ему возможности прикрыться своими надменными дружками. Но моим планам, как это часто бывает, помешали.
Стоило мне с воинственным видом пройти пару столов, как чья-то рука ухватилась за локоть и потянула на себя. Это была Василиса Огнева. И она глазами указала на соседний от себя стул. Пришлось сесть и отложить гениальный план по вынюхиванию чужих интрижек куда подальше.
— Привет, — Огнева непринужденно улыбнулась, но в уголках ее глаз пряталась настороженность.
— Привет. Где Захарра?
— У нее ночью был урок по астрономии, и она отсыпается.
— Точно, их водили на северную смотровую вышку. Оттуда при хорошей погоде виден даже платан Столеттов, — я сама любила такие уроки и искренне ждала их появления у себя в расписании.
— Это та семья, с которой вы делите Драголис?
— Ну да, если так можно выразиться.
Перед нами появился завтрак. Сегодня Жан-Жак решил приготовить свои фирменные блины, столь тонкие, что напоминали сетку кружев. Я обильно полила их сверху розовым вареньем и скатала рулет.
— Нам надо поговорить, — Василиса все никак не могла оторвать от блина кусок поменьше, — и лучше это сделать там, где нас никто не услышит.
— Без проблем. Я как раз собиралась в одно такое место после завтрака.
В зал вошел Рэт, что не могло укрыться от меня. Я вцепилась в его фигуру взглядом, заклиная, чтобы тот обернулся. Драгоций, видимо, почувствовал и кивнул мне, но подходить не стал. Огнева пренебрежительно фыркнула:
— Это из-за меня. Мы вчера пересеклись на лестнице, так Рэт сбежал, я даже окрикнуть его не успела.
Будь его воля, он бы и спустил тебя с этой лестницы, предварительно остановив время, мысленно дополнила я, но вслух сказала иное:
— Правда? Ну он иногда ведет себя, как помойный треугл. К тому же, ты ведь сама знаешь, что находишься здесь на особом счету, — я выразительно приподняла бровь.
— То есть? Астрагор уже и за простое «привет» в мою сторону зачасовывает?
— Нет, но в Змиулане всегда довольно прохладно относились к чужим или к тем, кто прибивался к ним, — мне сразу вспомнился Фэш, отчего горло чуть сдавило.
— Маришку, кажется, вы неплохо приняли, — обиженно буркнула Василиса. Я слегка растерялась, не зная, что ответить. И это было ошибкой, так как Феликс уже давно прислушивался к нам, незаметно пристроившись за соседним столом.
— Попробуй встать перед зеркалом и сразу угадаешь почему, синица, — нахально посоветовал он, вмиг покрасневший Огневой.
— Ты уже настолько опустился, что, не скрываясь, подслушиваешь за спиной? — холодно отчеканила я.
— А вдруг вы замышляете заговор? Ты так часто мелькаешь в компании черноключницы, пташка, что скоро и от тебя начнут шарахаться.
— Я бы была не прочь, если речь идет о тебе.
Феликс перестал смеяться и непринужденно подошел к нам, но в его глазах мне виделась угроза. Он склонился над столом, отчего мы с Василисой брезгливо отодвинулись.
— Ну что? Сходила к фонтану, — спросил он со странной задумчивостью в голосе.
— А тебе какое дело, куда ходила, Вель, — злобно шикнула Огнева. Но Феликс лишь поморщился, продолжая ждать моего ответа.
