Тетушка Зельда говорила ему, что дракон будет расти не по дням, а по часам, но он и не предполагал, что настолько быстро. Огнеплюй таки прогрыз не-прогрызть-дракону-сумку и теперь был размером со щенка. Септимус схватил дракончика и оттащил его от ноги Дженны.
– Ты как, Джен? – спросил он.
– Да ничего… пальцев не убавилось.
Дженна потерла ногу, поцарапанную когтями.
– Сеп, – сказала она, поглядывая на Огнеплюя, который лизал руку Септимуса в надежде получить завтрак, – он же вчера еще был куда меньше!
– Нет, – пробормотал Септимус.
Да, похоже, будут неприятности. Он даже боялся посмотреть в глаза Марсии. Нетрудно догадаться, что она скажет. И она, естественно, это сказала.
– Я же говорила, Септимус, никаких домашних животных! Никаких попугаев, игуан, черепашек, никаких…
– Но… но Огнеплюй – это не домашнее животное. Это магическое орудие. Как кролик для опытов во дворе.
– Септимус, дракон – это не кролик для опытов. Ты даже не представляешь, сколько с ним мороки…
Как будто чтобы подтвердить ее слова, Огнеплюй вывернулся из рук Септимуса и прямиком сиганул к ногам Марсии. Он заприметил туфли из кожи питона. Что-то в его памяти говорило ему: змеи – враги драконов, а этой фиолетовой змеей можно отлично заморить червячка. Откуда было знать дракончику двух дней от роду, что туфли Марсии – это только змеиная кожа, а ноги в туфлях принадлежат очень вспыльчивой и могущественной волшебнице, которая просто обожает свои туфли и терпеть не может всяких там маленьких дракончиков. Зеленая крылатая ящерка обхватила ногу Марсии и начала жевать туфлю.
– Э-э-эй! – возопила Марсия и лихорадочно затрясла ногой.
Но Огнеплюй кое-что усвоил, когда два дня назад Септимус стряхнул его с пальца. Он крепко вцепился в туфлю и впился острыми зубками в змеиную кожу.
– Зубы брось! – с трудом пролепетала Марсия.
Огнеплюй пуще прежнего впился зубами в туфлю.
– Жубы прочь! – опять проорала Марсия.
Огнеплюй не отстал и начал грызть кожу.
– Зубы прочь! – наконец правильно прокричала Марсия.
Огнеплюй выпустил питоновую туфлю, а так как теперь змеиная кожа его больше не интересовала, вальяжно проковылял обратно к Септимусу, сел рядышком и смерил Марсию грозным взглядом.
Марсия рухнула на стул и принялась ощупывать свою ногу, разглядывая испорченную туфлю. Септимус и Дженна затаили дыхание. Что она теперь скажет?
– Полагаю, Септимус, – произнесла Марсия после долгой паузы, – этот паразит тебя пометил?
– Ну да, – признался ученик.
– Так я и думала, – тяжело вздохнула волшебница. – Не то чтобы у меня нет других забот, Септимус… Ты знаешь, до какого размера они вырастают?
– Простите, – виновато вздохнул Септимус. – Я обещаю ухаживать за ним. Правда! Я буду кормить его, выгуливать, дрессировать… Все буду делать!
Марсию его обещания не впечатлили.
– Я же не нарочно, – угрюмо продолжил Септимус. – Он вылупился из камня Дженны.
– Серьезно? – Марсия слегка успокоилась. – Правда вылупился? Человек высидел дракона… Хм, это совсем другое дело! Все равно, пока держи его в своей комнате. Еще не хватало, чтобы он тут все погрыз.
К тому же, хоть Марсия и не хотела говорить Септимусу, нельзя было допустить, чтобы восприимчивый дракон стал водиться с Тенью. Раз уж это будет спутник Септимуса, он должен быть чист от черной магики.
Марсия потребовала, чтобы Дженна во всех подробностях рассказала о своем побеге от Саймона. А когда она услышала о том, как лодка-дракон долетела до Замка, то пришла в полный восторг.
– Так, значит, я теперь смотрительница! – пробормотала она.
Септимус удивился:
– Как это? Наверное, тетушка Зельда по-прежнему смотрительница…
– Бред, – резко возразила Марсия. – С чего ты взял? Она торчит в этой дыре на Болоте, за сотни миль отсюда. А лодка-дракон здесь, в Замке. Тут ей и место. Видишь, у этого дракона все-таки есть своя голова на плечах. Ну, уж я его не подведу. Кэчпол!
Борис Кэчпол робко толкнул дверь.
– Вы звали, госпожа Марсия? – пробулькал он.
– Да. Сейчас же отведи тринадцать волшебников к лодочной мастерской. Пусть охраняют лодку-дракона и защищают ее, если понадобится, даже ценой собственной жизни. Понял?
– Тринадцать волшебников… Лодка-дракон… охранять собственной жизнью. Э-э… понял. Благодарю, госпожа Марсия. Что-нибудь еще?
– Ты бы хоть с этим для начала справился, Кэчпол.
– Ах да. Благодарю, госпожа Марсия.
– Эй, Кэчпол!
Он остановился.
– Э-э… да, госпожа Марсия?
– Когда закончишь, можешь позавтракать с нами.
У Кэчпола вытянулось лицо.
– А… – Тут он вспомнил о манерах. – О, благодарю вас, госпожа Марсия. Премного вам благодарен!
Завтрак оказался для Кэчпола настоящим испытанием. Борис неловко сидел за столом, не зная, как вести себя с Дженной и Септимусом, не говоря уже о Марсии, которая вселяла в него ужас.
