Антиох переглянулся сначала с начальником охраны, потом со своим внуком.
- Я ослышался? Или неправильно тебя понял? Ты собираешься голыми руками противостоять двум лучшим бойцам моей стражи?
- Ты не ослышался, повелитель. Это так.
Гиппарх пожал плечами. Потом подозвал к себе начальника охраны. – Пусть выйдут Адат и Бегерит. И предупреди их: если у моего гостя появится хоть одна царапина, я велю отодрать их так, что мясо будет отставать от костей.
Перед Юанем стояли два мощных бойца с мечами в руках. Оба широко улыбались, воспринимая все происходящее, как явную шутку их господина, в которой они должны были так же шутливо уступить безоружному юнцу.
Антиох поднял руку.
- Начинайте!
Подняв мечи, воины дружно двинулись на Юаня, и один из них сделал мягкий, осторожный выпад в его сторону. Остальные стражники поддержали их громкими криками.
Ханец так же мягко уклонился, и несколько мгновений все трое двигались, как в странном замедленном танце.
Юань остановился, и покачал головой.
- Так не годится, уважаемые! Все же, я не девушка. Прошу вас: не стесняйтесь со мной!
Воины ускорили темп имитации боя, но Юань, явно недовольный происходящим, потерял терпение. Стремительно присев, он резко крутнулся всем телом, и выставленной вперед ногой подсек одного из противников. Богатырь неловко взмахнул руками, и тяжело грохнулся на землю. Спина бедняги не успела коснуться травяного покрова, как его товарищ был обезоружен.
Юань приставил к горлу лежащего воина меч, показывая, что гибель неизбежна, потом подал ему руку и помог подняться.
- Ну, вот! – С улыбкой сказал он. – Может быть, после этого вы перестанете меня жалеть.
Зрители, наблюдавшие этот поединок, воспринимали все дальнейшее, как сон.
Два опытных бойца, забыв о предупреждении хозяина, яростно бросились на своего странного противника.
Юань, казалось, исчез под градом сильных ударов.
Атака воинов захлебнулась так же быстро, как и началась.
Юань, с мечами в обеих руках, медленно надвигался на обезоруженных воинов.
Вконец растерявшиеся стражники стояли, опустив руки, и даже не пытались отступить.
Юань поднял мечи вверх, и оглянулся на Антиоха. Адалят восторженно хлопал в ладоши.
Гиппарх откинулся на спинку сиденья и в изумлении смотрел на ханьца
- Подойди ко мне, великий воин! – Сказал он, наконец. – И объясни: что я видел? Сон? Колдовство?
- Ни то, ни другое, повелитель. Тысячелетия поиска, и упорного труда моего народа породили совершенное искусство боя. У людей, научивших меня этому мастерству, я был всего лишь подмастерьем.
- Тогда объясни мне: почему в нашу первую встречу я увидел тебя связанным, в повозке каких-то проходимцев?
- Я силен, но не всесилен. Нас взяли хитростью. Кроме того, со мной была Ли-цин. Я не имел права рисковать, и ждал удобного момента, чтобы освободить себя и ее.
Вечером Юань рассказал Ли-цин о предложениях гиппарха.
- Что будем делать? – Спросил он ее.
- Я бы предпочла идти на корабле в Рим.
- Почему?
- Сидеть здесь, в полном бездействии, мне бы не хотелось. Встреча с нашим отрядом, который остался в Антиохии, кажется мне неразумной. Как мы объясним им, кто мы такие, и почему явились сюда? Они, правда, ничего не знают о нашем смертном приговоре, но, все же…. Сочтут нас дезертирами. Впрочем, ты – мой командир, и решать тебе.
- Я уже принял решение. – Ответил Юань. – Мы идем в Рим.
На следующий день Юань снова встретился с гиппархом.
- Что вы решили. – Спросил он.
- Мы идем в Рим.
Антиох задумался.
- Хорошо. Я не стану вас переубеждать. Предлагаю вам сделать вот что: в моем распоряжении есть несколько торговых кораблей, которые регулярно ходят в Египет, а оттуда в Рим. Вы можете плыть на одном из них.
- Я безмерно благодарен тебе, владыка.
- Это я должен быть тебе благодарен. Но, ты поставил меня в затруднительное положение. Я хотел подарить тебе меч работы наших самых искусных мастеров. Но, сейчас знаю, что ты в нем не нуждаешься. Ты – человек другого мира, не совсем мне понятного. И я, пожалуй, сделаю вот что: много лет тому назад селевкийский купец приобрел в Египте странную рукопись. Запись сделана на папирусе. Случайно увидавший ее философ-грек валялся в ногах у купца, и просил продать ему эту рукопись. Купец отказался, и она попала ко мне. Ее язык мне незнаком, содержание неизвестно. Я хочу подарить ее тебе. Может быть, мудрецы твоей страны сумеют разобраться в ней.
Антиох взял со стола небольшой кожаный предмет, по форме напоминающий современный тубус, и протянул его Юаню.
- Будь осторожен с ней. Папирус очень старый и ломкий.
- Я не открою ее до возвращения на родину.
- Чем еще я могу помочь вам?
- Все остальное у нас есть. Я благодарю тебя за гостеприимство, подарок, и твою милость.
- Тогда позволь мне обнять тебя, и пожелать удачи!
Через две недели Юань с Ли-цин уже стояли на корабле, и смотрели на удаляющийся от них берег. Они плыли в Египет, откуда судно должно было направиться в Италию.
На берегу остался Адалят, проводивший их до самого порта. Юаню было, искренне жаль, расставаться с этим приветливым и остроумным юношей, в котором он обрел верного друга.
