— Ближе, — скомандовал Майкл. "Шрам" стал шире и ярче; его словно притягивал невидимый магнит в центре ладони.
— Выше, — произнес он, схватив Холстена за плечо. — А теперь — в никуда!
Пространство накрыло их шелковым полотном, сотканным из причудливых обрывков. Манфред сжался под рукой Майкла, но тот не ослабил железную хватку. Он был своим в этом шторме; он не боялся оказаться нигде, и в то время, как его спутник окунулся в непроглядную тьму, Майкл видел в этой тьме далекий огонек, маяк в безбрежном черном океане, сиявший на фитиле старого светильника… Он усмехнулся и махнул ему рукой в дерзком приветствии. В эту секунду невидимая в безбрежном хаосе волна вынесла их по ту сторону тоннеля. Майкл и Холстен оказались в зале связи.
— Как… это… возможно? — прошептал Холстен. — Здесь нельзя перемещаться… нельзя…
— Пустые запреты, — бросил Майкл, засунув руки в карманы. Ему казалось, что он держал их над огнем, — так пылали его ладони.
— Из нескольких подобных мест в Галактике, — продолжил он, — наш Командный Центр защищен хуже всего. Как можно запретить перемещаться сюда? Никак. Теоретически мы можем перемещаться в любую точку пространства, но мы не можем попасть в никуда. Поэтому все здание расположено в "нигде": сюда нельзя войти, здесь нет дверей. Но кому нужны двери, когда он сам их создаст? Разве это — защита? Земляне старались изо всех сил, но у них, как всегда, получилась грубая подделка. Попробовали бы мы с тобой прорваться к даркам, через Каскады… туда не пройдет сама Смерть… знать бы только, о чем это я и что такое эти Каскады…
Майкл усмехнулся сам себе: он не знал, о чем говорит, не понимал, чьи слова срываются с его губ. Несколько людей в форме КР обратили в его сторону пораженные взгляды.
— Чего остановились? — насмешливо бросил Майкл. — Для тех, кто не в курсе: я ваш новый главком. Для тех, кто уже в курсе: пока я им остаюсь, вам положено исполнять мои приказы. А я очень хочу увидеть следующее: отчеты разведки за последние три дня, все документы о межпланетном сотрудничестве, мирные договора с приложениями, досье на всех членов Командования, график вывода КС с линии фронта, форму приказа о назначении моего нового заместителя… и ваше немедленное исчезновение из этой комнаты.
Воины вышли. В их медленных, неуверенных движениях, в боязни оглянуться читалось то же, что прозвучало в голосе Холстена, когда он спросил:
— Кто вы, сэр?
На губах Майкла вновь промелькнула улыбка. Он был во власти безудержного счастья, почти эйфории, и его пальцы без остановки скользили вверх-вниз по вороту рубашки, потому что он знал: стоит остановиться, замолчать — и ему придется сойти с вершин.
— Кто я? — переспросил он, нарочно выделяя слова. — Странный вопрос! Как я могу ответить, если не знаю, что именно вы хотите знать? Я землянин, аллен, дарк? Я высший или седьмой? Я брюнет или блондин? Какой ответ вас устроит?
— Вы создали тоннель в Командном Центре. Вы знаете о Каскадах. Вы… да что там: вы владеете силой слов! За всю свою жизнь я не встречал ни одного, кто бы так умел…
— Ну, скажем, о Каскадах я ничего не знаю, — заметил Майкл, пропустив мимо ушей остальные "комплименты". — Разве что… дайте подумать…
Майкл закрыл глаза, и его рука обрисовала в воздухе невидимый контур.
— Лестница, — произнес он.
— Я был там… один раз, — сказал Холстен, и его голос притих. — Я смотрел на Каскады всего лишь секунду, но когда я в ужасе отвернулся, мне казалось, что я продолжаю смотреть… Дарки очень суеверно к ним относятся. Если кто-то из них спускается по этой лестнице, он никогда не становится на последнюю ступеньку. Это жуткое место: на каждой ступени — своя смерть… Я слышал легенду, что в незапамятные времена в том месте был заживо сожжен последний дарковский отряд, который защищал планету от орионцев.
— Они воевали?
— Говорят, что да. И с тех пор дарки ненавидят их черной ненавистью, сильнее, чем мы и аллены. Не знаю, что такого сделали им орионцы, но эта ненависть не утихает сотни тысяч лет…
— В странные места завел нас разговор… Но вернемся к делу. У нас слишком мало времени.
— Но почему?
— Потому что я не главком. И никогда им не стану. Политика, интриги — я сыт этим всем по горло. Я не тот, кто нужен Земле.
— Тогда вам нужно передать свои полномочия…
— К этому я и веду. Как я могу это сделать?
— Сегодня состоится торжественный парад КС. Моррис хотел отменить его из-за гибели главкома, но победа есть победа, мы не можем отнять ее у солдат. Лучшая возможность объявить о вашем решении.
— Значит, у нас остается…
— Два часа.
— Отлично. Тогда мы еще успеем сделать кое-что для человечества. Помните, я говорил о приказе насчет моего нового заместителя?
— Вы серьезно? — переспросил Холстен.
— Серьезней некуда. Как можно быстрее найдите эту форму, впишите туда свое имя — и сделайте все, чтобы оказаться на этой должности до завтрашнего утра. Знаю, они будут возражать, поэтому нам нужно опередить их. А сейчас — идите. С Райдером поговорю я сам.