Поговорив со старшей женщиной, я отправилась домой. Долго еще я думала об этом щите. Теперь мир изменился, но принципы этого великого закона должны почитаться каждым. Когда ты познаешь человека, задай себе вопрос: уважает ли он своего внутреннего ребенка, потому что только в этом случае он может заботиться о внешнем ребенке.
— Какая ужасная история, Агнес. Мне ее никогда не забыть. В наши дни дети так страдают от насилия и жестокости взрослых. Что делает человека жестоким по отношению к детям?
— У мужчины, как и у женщины, есть утроба, матка. Многие женщины не являются сестрами, они не развили свою утробу, многие мужчины так же не развили свою матку. Когда матка человека мертва, нет понимания ее плодов. Такие люди постоянно вмешиваются в самореализацию ребенка. Они находятся в состоянии вечного сна.
Я согласно кивнула. Внимательный, пронзительный взгляд Агнес остановился на мне.
— Линн, ты находишься в самом начале. Я, как твоя наставница и советчица, тоже нахожусь в самом начале. Вся жизнь, как и жизнь женщины-шаманки, находится в самом начале. Однажды ты поймешь это. Твой путь рождается здесь. — Агнес приложила руку к сердцу. — Здесь находи гея свет, выходящий из тьмы. Здесь обитают тайны, которые, подобно хорошей еде, питают тебя. Здесь рождаются слова, слова, способные породить великую ложь или великую истину.
Агнес взяла ивовый обод и подержала его передо мной.
— Этот обод станет твоим первым щитом. Он будет тебе полезным инструментом, когда мы его приготовим. Щит начинается на
— Да. Мы называли его
— Мой первый щит таит в себе множество смыслов, — задумчиво произнесла я.
— Очень много, — подтвердила Агнес. Она вновь положила обод из ивы на землю и указала на ту часть крута, которая находилась ближе ко мне. — Священный алтарь будет расположен здесь, в южной части твоего щита. Здесь находятся учения Великих Кругов. Здесь же расположены и растения — священные растения-учителя. Первое растение — это табак.
Агнес указала рукой на левую сторону обода:
— Эта часть щита учит твое тело и сердце. Это знание магии целебных и ядовитых трав. Магическая трубка находится здесь, как и магическая тыква. Здесь же растительное равновесие и рисунок щита.
— Вот здесь, — продолжила Агнес, указывая на ту часть обруча, которая была расположена ближе к ней, северную часть, — находится искусство путешествия и целительства на расстоянии. Это танец семи вод. Это работа с кристаллами и обучение у кристаллов Великого Колеса. В центре находится дерево шаманов, дерево женщины-мага, которой ты когда-нибудь станешь.
Мы с Агнес долго разговаривали о значении направлений южного щита. Затем она принялась обучать меггя искусству созданггя щитов. Эти аспекты создания оберега, несмотря на всю свою важность, все же вторичны по сравнению с тем учением, которое огга передавала мне.
— Очень важно, — сказала Агнес, — чтобы ты с особой тщательностью выполняла все, что я тебе говорю. Правильное выравнивание себя — это то, что мы ищем. Если тебе это удастся, все остальное придет.
Два следующих дня я готовила шкуру оленя согласно полученным от Агнес указаниям. Для этого я выбрала поросшую травой полянку неподалеку от домика. Время от времени подходила Агнес и корректировала мои действия, наблюдая за процессом. Когда работа подошла почти к самому концу, Агнес села рядом, скресгив ноги, и провела ладонью по шкуре.
— Вот так. Ты должна стать столь же мягкой, как и эта шкурка. Эта шкура не годится для щита войны. Это щит
— Как же я могу стать такой же мягкой? — поинтересовалась я.
— Наши тела обладают естественными щитами защиты, но существует одна проблема. Со временем мы утрачиваем текучесть. Если текучий человек падает, на нем не остается ни царапинки. Но если человек тверд, он может сломать себе шею. Я хочу, чтобы ты переместила свои внутренние щиты. Они должны быть впереди тебя, тогда ты станешь текучей. Воину текучесть придает огромную силу. Твой первый щит полон радости, празднования. Текучесть подскажет тебе самый естественный путь. Текучесть позволит тебе быть самой собой.
После обеда я принялась натягивать шкуру на обод. Агнес вновь села рядом со мной. Время от времени она улыбалась моим неуклюжим попыткам прикрепить шкуру. Она ничем не подбодрила меня.
Когда я почти закончила, Агнес спросила:
— Ты считаешь это хорошей работой? — Она с сомнением посмотрела на меня. — Шкура должна быть натянута туго. — Взгляд ее глаз посветлел. — У меня для тебя кое-что есть.
Я наблюдала, как Агнес вошла в дом, исчезла в проеме двери. Через пару минут она вернулась. Все вокруг было преисполнено покоя. В руках Агнес держала несколько перьев.