Полет седьмой луны полностью

   — Вот перья орла для твоего щита. — Она дала мне три пера.

   — О, перья орла! Спасибо, Агнес.

Я знала, чтовеемиреорлиныеперьябылипреисполнены огромного смысла. Я получала их только в особо важные моменты жизни. Я рассмотрела перья и удивленно воскликнула:

   — Агнес эти перья не принадлежат орлу!

   — Это орлиные перья.

   — Этого не может быть. Я могу отличить перья орла.

   — И кому же принадлежат эти перья? Я задумалась.

   — По-моему, они принадлежат глухарю.

   — Вижу, ты не испытываешь уважения к перьям глухаря.

   — Но ведь это же не орлиные перья.

   — А я утверждаю, что они принадлежат орлу, — настаивала Агнес.

   — Агнес прости меня, конечно, но перья глухаря не могут быть орлиными перьями.

— Могут.

— Агнес ты обладаешь огромной силой. Иногда ты можешь заставить меня считать черное белым, но ты не можешь изменить реальность. Я уверена, что это перья глухаря.

— Ничего ты не знаешь.

Спор уже начал раздражать меня. Агнес была очень гордой, но я никак не могла понять, почему она так упорствует в своем утверждении. Мне казалось, что она хочет каким-то образом использовать меня. Рассердившись, я принялась за прерванную работу.

Агнес рассмеялась. Я взглянула на нее и приняла вид оскорбленной добродетели. Мне было больно. Агнес вновь рассмеялась, словно я была самым забавным человеком, которого она видела в своей жизни. Я замерла, пронзенная насмешкой в ее взгляде.

   — Не удивительно, что мы никогда не уживались, — сказала Агнес

   — Кто? — спросила я.

   — Мой народ и твой.

   — Почему ты говоришь об этом сейчас?

   — Они постоянно злились друг на друга, взращивая взаимную ненависть. Это было неизбежно, потому что мой народ обладает огромной гордостью и чувством юмора. Твой народ пуглив, он хотел убить каждого, кто смеялся над ним. И все же я считаю белых очень забавными. Вам нужно научиться смеяться над собой.

   — Что же тебе кажется таким забавным, Агнес?

   — Вы никогда не расслабляетесь. Каждое слово для вас имеет четкий смысл. Вы словно дубинкой выбиваете значение чего-либо, но так, чтобы оно не противоречило вашей глупости.

   — Ты имеешь в виду перья глухаря?

   — Верно. Видишь ли, глухаря еще называют «южным орлом». Ты делаешь южный щит, так какая же сила можег подходить для этой цели? Мы называем глухаря «бизоньим орлом» или «дареным орлом». У нас такие разные языки. Не удивительно, что наши народы никогда не понимали друг друга. Это послужит тебе хорошим уроком, может быть, ты перестанешь быть такой хрупкой.

   — Глухаря называют бизоньим орлом, подобно тому как сову называют ночным орлом?

   — Да. Когда делаешь щит ночного орла, то используешь обманныеперья. Ночной орел облачен в обманныеперья. Мы обманываем сами себя, когда путешествуем по этому миру, подобно тому, как ты считаешь, что перья глухаря не могут быть перьями орла. Главное смысл, а не название. Самое лучшее сейчас для тебя — это понять, что такое обман и как из него выйти. Возможно, ты считаешь, что перья глухаря имеют меньшую ценность, чем перья орла. Ты глубоко ошибаешься. Благородный глухарь должен был отдать свою жизнь, чтобы ты смогла получить эти перья. Перья глухаря обладают огромной магической силой, способностью исцелять и обучать нас. Если бы ты хоть раз поохотилась на глухарей, ты бы поняла, что это за совершенная птица, что большая честь иметь ее перья на своем щите.

Оспрей — это орел Запада, орел-рыболов или «сновидя-щий орел» — тот, которого мы, индейцы, называем возлюбленным оспреем. Северного, или дневного орла вы называете «орлом». Вот видишь, для меня всеони являются орлами. Но для тебя, несмотря на все твои познания пернатых, бизоний орел — всего лишь мясо для праздника.

Я почувствовала, что краснею. Агнес пожала плечамгг, разверггулась и ушла прежде чем я успела извиниться.

В эту ночь мне снились разрисованные щиты, я слышала звук барабанов и флейт. Затем я увидела себя, стоящей в красноватых бликах костра. Я танцевала под удары барабана. Я ждала, когда другие женщины присоединятся к моему танцу, я знала, что вскоре их будет мггого. Во время танца я почувствовала судорогу в паху и внизу спины. Я осознала, что костер разгорается, мне становится жарко. Я проснулась и расстегнула спальный мешок.

— Черт побери, — пробормотала я. — Каждый раз одно и то же.

Я встала и взяла пакет с тампонами из сумки. Агнес сидела за столом и вышивала бисером маленькую кожаную сумочку. Она с удивлением смотрела на меня, когда я разрывала упаковку.

— Не торопись, женщина.

Я удивленно взглянула на Агнес. Интересно, о чем на этот раз пойдет разговор? Я чувствовала себя глупо.

   — Что ты собираешься делать со своей кровью?

   — Что?

— Что ты собираешься делать со своей кровью? — повторила она.

— Как всегда, я собираюсь воспользоваться тампоном.