Сглотнув, Василиса зашла в придержанную Лешкой дверь и огляделась по сторонам. Она старалась абстрагироваться от мрачных мыслей, но все казалось унылым и блеклым. Желание купить платье на выход испарилось внезапно и бесследно. Безразлично скользнув взглядом по нарядам шестидесятых, она протолкнулась ко второму этажу, прошла вдоль вешалок, провела рукой по полкам с одеждой и спустилась обратно. Лешка крепко сжал ее ладонь, поймав у стойки с шляпками и задумчиво заглянул в глаза:
– Василек, что с тобой? Ничего не нравится?
– Не то, чтобы не нравится, просто… – она уткнулась ему в грудь и прошептала, – Ксюша тоже любила это место, – и замолчала, не пытаясь больше сдерживать рвущиеся наружу слезы.
– Василек… Все позади, слышишь? – погладил по спине, провел по волосам, вдыхая аромат фруктового шампуня, зарылся в кудри и глубоко вздохнул. Убийцу поймали, тревожиться не о чем, душа несчастной Ксюши успокоилась. Но его жена: впечатлительная беременная жена все еще тревожно спала и плакала при малейшем поводе. Стоило вспомнить что-то, касающееся Ксюши, как женские эмоции лили через край. Он должен был поддержать Василька, должен был помочь вернуться к нормальной жизни, отстранился, нежно поднял за подбородок и улыбнулся:
– Уверен, Ксюша бы хотела, чтобы ты выбрала пару новых вещей. Представь, что она рядом. Сейчас. Здесь. Подумай, какие бы наряды вы захотели примерить, посмотреть поближе. Вообрази ее счастливое лицо. Вы, женщины, все с ума сходите от шоппинга. Ну-ну, не плачь! Дай, вытру слезы. Так уже лучше, а я подожду здесь.
– Может, Лешка, ты и прав, – Василиса всхлипнула и медленно побрела в отдел летних платьев. Ксюша бы с удовольствием приобрела что-нибудь для теплого сезона. В воспоминания ворвалась фраза с последней встречи: «Летом я планирую на дачу к тетке. Куплю оранжевое платье и буду модно дефилировать между стройными рядами грядок», и смех. Ее заворожительный, полный жизни смех.
Цвет, который Ксюша тогда показала на экране телефона в разделе модных трендов Василисе не нравился – напоминал морковь. Сейчас этот факт уже не имел значения.
«Нет, не буду больше плакать, – решила она, – лучше найду то самое платье!» – Василиса и сама не знала, зачем оно ей сдалось, ведь ясно, что носить не будет, но в итоге, борясь с душевной болью, потратила больше часа на поиски наряда того противного оттенка.
Лешка, наблюдавший со стороны за мелькающей тонкой фигуркой, увенчанной огненной шапкой волос, вздохнул с облегчением. Если жена рассматривает одежду, значит послушалась его совета. Значит, ей легче.
А Василиса, тем временем, действительно начала отвлекаться. Сложно было не испытать любопытства у вывески «Неовинтаж!» и безразлично пройти мимо «Скидка семьдесят пять процентов на всю одежду с кружевом!» В итоге, когда время пришло к запланированным покупкам, руки уже были заняты пакетами.
– Смотри-ка, сколько всего ты набрала! – улыбаясь, заметил Лешка, протягивая руки к покупкам.
– Да, но это еще не все, – жена смущенно потупила взор. Теперь, войдя в раж, казалось, если сейчас остановиться, то печальные мысли моментально атакуют, сведя на «нет» все ее старания. Поэтому, вспомнив о желанном платье на выход, она подняла глаза и тихо произнесла:
– Знаю, что уже купила много, но, если ты не против, то я бы хотела подобрать еще один наряд. И так же увидеться с Оксаной. Что-то я ее нигде не видела.
Он улыбнулся еще шире, чем прежде:
– Если это, Василек, сделает тебя счастливой, пожалуйста. Деньги есть, так что… – и обвел рукой помещение, – но беседы без меня. Я буду тут.
– Спасибо, – она чмокнула его в щеку и побежала на второй этаж. Именно там работала консультант Оксана. Она всегда давала дельные советы и лучше самой Василисы понимала ее желания. Сейчас была как раз такая ситуация: хотелось платье, но какое именно Василиса не знала: может, с пайетками, а может что-то строгое и элегантное. С перьями или с кружевом? Яркое или приглушенных тонов? Его покупка казалась настолько важной, словно от нее могла зависеть жизнь. Глупость? Возможно. Но эти гормоны часто приводили к иррациональным мыслям.
Оксаны не было видно. Между рядами лавировала ровесница Василисы и общая знакомая Анита.
– Привет. А где Оксана Владимировна?
– Оксана Владимировна? – Анита заметно побледнела.
– Да, сегодня вроде ее смена. Наверно, график изменился, – догадалась Василиса, понимая, что по сути выглядит сейчас немного глупо. Прошел месяц с ее последнего визита в «Сокровищницу». За это время Оксану в принципе могли даже уволить – с начальством были некие трения. Об этом все перешептывались. Но Василисе этого не хотелось.
– Василис…
– А когда она теперь работает? Я надеюсь, ее не уволили? Только не говори, что я права. Анита?
– Василис…
– Девушка, подойдите, пожалуйста, эта рубашка…
– Ее больше нет, – прозвучало так тихо, что Василисе пришлось переспросить, – Нет ее, Василис! Проклятый маньяк… А теперь извини, – и Анита поспешила к покупателю.
