Когда на сковородке шкворчала яичница с колбасой, вдруг заверещал домашний телефон.
— Вадим у тебя?! — выпалил в трубку Шепелев, едва поздоровавшись.
— Да…
— Давно?!
— Вчера вечером приехал. А что, Игорь Владимирович, что-нибудь случилось?
Признаться, столь бурная реакция Шепелева Ромку немало озадачила.
— Он тебе что сказал?!
— Ну, что у него освобождение от тренировок из-за травмы… Сказал, что ему разрешили уехать с базы… Или он соврал? Он натворил там что-то?!
— Нет, но не в этом дело… Чем он сейчас занимается?
— В ванной зубы чистит.
— Значит, так. Сейчас пришлю за вами машину. Собирайтесь и быстро ко мне. Оба!
— А разве…
Трубка отозвалась короткими гудками. Роман озадаченно положил ее на место и бросился на кухню, откуда уже запахло горелым. И похоже, не только с кухни и не только в прямом смысле слова. Н-да, ну и дела…
Из ванной вышел Бен, с мокрыми растрепанными волосами и все еще ошалелым лицом. С таким же выражением лица он проснулся; и похоже, до сих пор проснулся еще не окончательно.
— Эх, и начитался я вчера! — завел Бен, усевшись на табуретку и придвинув к себе кружку кофе, — Такая жуть снилась! Как будто я в Зоне… То есть я во сне сижу в каком-то доме, вроде как деревенском, а за окном Зона видна. Монстры там бегают, а я на них через окошко смотрю. И пошевелиться не могу. Вроде не привязан, но ни рукой, ни ногой не могу двинуть. А потом подходит ко мне какой-то пожилой дядька, приносит какой-то прибор. Пластырем приклеивает мне к вискам проводки, на приборе ручки крутит и говорит: «Ну вот, дорогой, теперь тебя будут звать Бенито…» А я не понимаю ни хрена, что это значит и чего он хочет сделать, но стра-а-а-ашно!
Роман перебил беседу:
— Давай ешь скорее, и одевайся. Начальство желает нас видеть. Настолько желает, что сейчас лимузин за нами пришлют.
Ромке велено было ждать в приемной, а Бена вызвали «на ковер» первым.
Роман сидел в приемной с совершенно безразличным видом, небрежно закинув ногу на ногу. Увидев выходящего встрепанного и растерянного Бена, он вопросительно кивнул ему головой:
— Ну, и что там?
— Не знаю… Просили здесь подождать…
— Из-за чего Слава на тебя наехал? Такой ор стоял, что через дверь было слышно.
— Я и сам не понял, — поморщился Бен, плюхнулся на стул и устало прислонился затылком к стене.
— Он начал меня обвинять, что вроде бы из-за меня инструктора заболели. Как будто я их сглазил, что ли… Я понять не могу — он всерьез так думает, или просто чушь порол, на скандал провоцировал? — тупо глядя на противоположную стену, проговорил Бен.
— А что там потом случилось-то?
— Да ему резко поплохело. Задыхаться начал. Ром, ты не в курсе — он у вас не астматик?
— Не-ет… — протянул удивленный Роман. — Здоров, как бык, да еще и постоянно хихикает над теми, кто на погоду жалуется… Значит, говоришь, Вячеслав на тебя наорал, и вдруг начал задыхаться?!
— Ага… Ну, я подумал, что это он разволновался, и от волнения… Я слышал, что так бывает…
— Сроду за ним ничего подобного не водилось, — уверенно ответил Роман.
Озадаченный Бен нахмурился. А что, если на самом деле произошло то, в чем обвинял его Вячеслав? Конечно, Бен ничего такого не умел… Да и не верил во всякие сглазы, честно говоря.
Марина Николаевна, отведя Шепелева в угол кабинета, кивнула подбородком в сторону Вячеслава:
— Сомнений нет, это Вадим на него подействовал, — тихо сказала она.
Вячеслав, с трудом проталкивая туда-сюда воздух, медленно приходил в себя. Спазм понемногу отпускал; но язык все еще плохо слушался.
— Вы уверены?!
— Абсолютно. Жаль, вы не можете почувствовать сами… Вадим «зеркалит» негативное воздействие. Причем делает это неосознанно; сам не понимает, что происходит, и совершенно не умеет этим управлять. Это отражение идет против его воли, на физическом уровне. Своего рода рефлекс… Ну, для примера — когда врач ударяет молоточком по коленке, нога непроизвольно вскидывается вверх. Такое-то вы наверняка видели…
— Рефлекс… — недовольно повторил Шепелев. — Рефлекс — рефлексом, но что же нам теперь делать?!
Честно говоря, он не рассчитывал на подобное, затевая игру в «злых» и «добрых» инструкторов. И, наткнувшись на совершенно непредсказуемый результат, был весьма озадачен. Но Марина, похоже, расценила замешательство шефа иначе:
— Если верить его словам, то Вадим ни к кому не лез первым и не нарывался. Он всего лишь хотел, чтоб с ним не обращались чересчур грубо…
— Марина Николаевна, уважаемая, вы, кажется, не совсем представляете себе ситуацию. Он должен научиться воевать. И я должен Вадима подготовить. Других способов нет… Работа по созданию защитного шлема топчется на месте. Никаких шансов, что проблема будет решена к маю… В любом случае, даже если рассчитывать на это, нужно параллельно готовить бойца…
Шепелев тихо подошел к двери, приоткрыл ее и выглянул в щель. Парни послушно дожидались там. Бен, перепуганный и взвинченный, сидел на самом краешке стула, готовый в любой миг вскочить; а Ромка небрежно откинулся, вытянув ноги, и даже прикрыл глаза. Его острый нос торчал кверху, а на лице замерла расслабленная полуулыбка.
