— Роман! Зайди ко мне, пожалуйста, — окликнул подчиненного Игорь Владимирович и вернулся к безопаснику: — Слава, ты как? Говорить в состоянии? Тогда объясни Роме, с чего весь сыр-бор разгорелся.
Вячеслав в очередной раз оттянул и без того уже распущенный до второй пуговицы узел галстука.
— Да Олег Парфенов, инструктор по рукопашке, бучу поднял… Он то ли запомнил мой номер, то ли визитку у Вадима отобрал. Вчера вызвонил меня, попросил приехать к нему в больницу. И начал чушь нести… Я и раньше знал, что у него имеются заскоки по поводу биоэнергетики, на почве увлечения восточными техниками. У них же там вся эта мутотень… — Вячеслав изобразил несколько невнятных пассов руками. — Но пока его увлечения делу не мешали, к нему и не цеплялись. А вчера Парфенов мне заявляет: мол, у юнца энергетика нехорошая, «черная», он своих инструкторов сглазил. И его самого, то есть Олега, он тоже вроде как сглазил, оттого Олег с крыльца навернулся и плечо сломал.
— Кстати, как его состояние? — спросил Шепелев.
— Плохо, — махнул рукой Вячеслав. — Серьезный перелом, со смещением. Операцию делать будут. Минимум два месяца в гипсе, потом еще невесть сколько на реабилитацию уйдет… Ну так вот, послушал я вчера его бред… Всерьез, конечно, не воспринял, но вспомнил, что еще за день до того от него услышал о заболевшем «стрелке»… И подумал: дай-ка проверю — как у Вадима обучение движется? Звоню ему — телефон выключен. Звоню на базу… Оказывается, отметился у дежурного, и куда-то свалил. А инструкторы, к кому его прикрепили, и в самом деле все болеют! Один с острым гастритом в больнице, другой — охрипший дома сидит, говорить совсем не может.
— Это Кравец, который по стрельбе?
— Да, Иван Ильич… И ему я тоже позвонил, дочь за него ответила. У него, оказывается, даже не ангина, а воспаление голосовых связок! То есть говорить, просто обычным тихим голосом, он сможет минимум через две недели!
— А какой толк от безголосого инструктора, — ввернул Шепелев.
— То есть, с Вадимом уже несколько дней никто не занимается! — продолжил Вячеслав. — Особенно со «стрелком» проблема. Никто на себя ответственность брать не стал, раз распоряжений не поступало.
Роман слушал гневные речи с равнодушно-скучающим видом. Нельзя сказать, что его совсем не заинтересовала история о живой ходячей аномалии, к тому же обитающей у него в квартире, но он за годы службы уже привык отгораживаться бесстрастной маской. А Марина, к счастью, вспомнила о своих важных делах и вежливо откланялась, как только Вячеславу немного полегчало. Тем лучше… Роману всегда становилось не по себе в ее присутствии. Пусть даже проблемы с тренировками Бена ему до лампочки…
— А раньше за Беневицким подобное наблюдалось? — вдруг спросил Шепелев.
— Не знаю, — развел руками Вячеслав, — мы не проверяли. И распоряжений не было, да и времени мало…
— Проверьте на всякий случай. Конечно, поздно после драки кулаками-то махать, но все-таки… Мне вдруг в голову пришло — а не мы ли сами разбудили его способность «зеркалить»? Испытаниями под установкой…
— А даже если и так, то что теперь? — не понял Вячеслав.
Шепелев встал и прошелся по кабинету, подошел к окну, с задумчивым видом потеребил пальцем жалюзи.
— Чтоб была возможность выбирать меньшее из двух зол, если возникнет необходимость выбора, — туманно пояснил он.
Вячеслав в ответ пожал плечами. Мало ли какие причуды у начальства… Наше дело — выполнять.
— Рома, а ты как себя чувствуешь? — спросил Шепелев.
— Честно говоря, еще не очень, — признался Роман. — Устаю быстро. И ребра еще не зажили.
Шепелева, судя по выражению его лица, ответ не обрадовал. Он хмурился и молчал.
— Когда ты сможешь вернуться к работе? — наконец спросил он.
— Намекаете на то, что я должен буду прямо сейчас заняться Вадимом? — скучным тоном поинтересовался Роман.
— Да, прямо сейчас. Дальше тянуть уже некуда. Бегать с ним по полосе препятствий тебя никто не заставляет, но погонять его в тире-то ты в состоянии? Ты хороший боец… Будешь учить его тому, что умеешь сам. Да и теперь, как сам видишь, именно тебе заниматься с ним целесообразнее. Тебя он с лестницы ронять не станет… В крайнем случае, риск, что это он все-таки это сделает, минимальный, — усмехнулся Шепелев. — Он тебя уже считает другом-приятелем. Вон, к тебе же рванул от злых инструкторов, не к кому-нибудь… Значит, и опасаться нечего. План занятий Слава тебе отдаст.
На лице Вячеслава отразилось нечто похожее на облегчение. Строптивый мальчишка успел надоесть ему хуже горькой редьки.
Роман пожал плечами и встал:
— Ладно. С вашего позволения, пойду собираться.
Бен в приемной вскочил на звук открывшейся двери. Проводил настороженным взглядом хмуро зыркнувшего на него безопасника, и шагнул к Роману.
— Ну, что?
— Да ничего, — с равнодушным видом пожал плечами тот. — Завтра едем на базу. Теперь я займусь твоим воспитанием.
По его тону, как всегда, невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.
— Чё, правда? — переспросил Бен с недоумевающим видом. — Чего это они вдруг тебя-то запрягли?!
