Голос. Четкий, властный. Голос моего отца. Я оборачиваюсь. Президент стоит у стены, как всегда, весь в черном, будто бы сам свет обходит его стороной. Его глаза пристально смотрят на меня, изучая, оценивая, приказывая….
– Ариадна, на ринг!
Внутренности протестующе сжимаются. Я хочу отказаться, но ноги уже идут вперёд, словно подчиняясь неведомой силе. Поднимаюсь на белоснежный ринг, который кажется центром этого странного места. Один из тех, кто тренируется, тоже выходит на арену, за ним второй и третий. Они окружают меня с разных сторон. Капюшоны на их лицах не оставляют возможности установить зрительный контакт, считать намерения, подготовиться… Я слышу своё сердцебиение: громкое, отчётливое, почти болезненное.
Они не двигаются. Не нападают. Просто стоят, безмолвно наблюдая за мной. Выжидают. Значит, такова моя задача. Я должна начать. Я должна доказать, что могу. Отец наблюдает. Я чувствую его взгляд – холодный и требовательный.
Делаю шаг вперёд. Поднимаю руку, принимая боевую стойку. Всё тело напрягается, мышцы вспоминают давно отработанные приёмы. Первый удар – точный, быстрый. Противник уклоняется, но я тут же наношу второй удар, обходя его защиту. Он падает на мат.
Второй бросается вперёд. Его движения быстры, опасны, но я успеваю уклониться и наношу мощный контрудар. В мгновение ока он тоже оказывается на полу.
Третий пытается застать меня врасплох, атакуя сбоку. Я разворачиваюсь и подсечкой отправляю его на мат. Всё заканчивается за секунды. Я задыхаюсь, воздух рвёт лёгкие, но внутри пульсирует удовлетворение.
Я справилась.
Собираюсь сказать это вслух, но осекаюсь, так и не открыв рот. Один из моих поверженных соперников поднимается и медленно снимает капюшон.
Затем второй.
Третий.
Мир замирает. Я вижу их лица.
Теона.
Юлин.
Финн.
Их глаза пустые и остекленевшие, лица мертвенно-бледные, лишенные мимики. Так выглядит Дрейк, когда находится на подзарядке. Но передо мной не мой приятель – андроид, а живые люди. Живые… Нет, Теона мертва…
– Теона, – выдыхаю едва слышно. Она грустно улыбается, качает головой, опуская взгляд в пол.
Я стою, не в силах двинуться, кровь стучит в висках, мысли мечутся в хаотичных догадках. Нет, это невозможно. Это… это…
Твёрдая рука хватается за моё плечо, и я инстинктивно разворачиваюсь. Удар локтем и сопровождающий его звук падения. Неизвестный валится на мат, и я мгновенно наклоняюсь, срывая с его лица капюшон.
Шон. Боже, это его лицо – живое, реальное, такое знакомое. Он смотрит на меня снизу вверх с болью и удивлением.
