— Дело не только в этом, — ответил Николай. — В вашем профессионализме — тоже. Согласно общефедеральным статданным, местная служба наружного наблюдения выдает самые высокие результаты. Выдавала…
— А из лучших следаков получаются лучшие операторы «рабочего материала», да? — невесело усмехнулся Денис.
Вот, значит, как оценена их работа в наружке! Вот ради чего они гробились в нескончаемой погоне за баллами. Что ж, трудоголизм никогда и никого еще до добра не доводил.
Денис наскоро просматривал досье на самого себя. Анкетные данные, краткая характеристика, отчеты о наблюдениях… Наблюдениях за ним и его «рабочим материалом». Такие дела. В «Мертвом рае» следят и за следаками тоже. Жаль, что Славка не успел добраться до этого файла. Или, наоборот, то, что они не знали всей правды до конца — к лучшему?
— Зачем ты вообще нам все рассказал? — спросил Денис Волчьего вожака.
— Не все — признался тот. — Только то, что впредь должно отбить у вас охоту договариваться с Павлом Алексеевичем.
Денис опустил глаза. Угадал орг. Чего уж там! Была она, была, родимая… Надежда помириться с Кожиным и покинуть Ростовск вместе с Караваном. На любых условиях.
Но надежда умерла, когда на экране высветилось краткое резюме. Вывод, сделанный Кожиным по результатам наблюдений за Денисом и Юлькой. Неутешительный для них с Юлой вывод.
Использование в рамках проекта «Мертвый рай» живых операторов «рабочего материала», не дает гарантий от сбоев, — так решил Павел Алексеевич. Поведение взбунтовавшихся испытуемых — убедительное тому подтверждение.
А значит…
«… необходима ликвидация объектов первого этапа программы».
Все. Отчет закончен.
Папку ««Мертвый рай»: Объекты исследовательской программы. Этап № 2». Денис открыл машинально. А тут вообще — только один файл. «В. Ткач». Много времени ознакомление с информацией не заняло.
«Вячеслав Ткач… рабочий материал второго уровня… Миссия повышенной важности…»
Денис просматривал текст быстро, по диагонали.
«… прижизненные характеристики…»
«… неустойчивость психики…»
«… податливость к стрессовому воздействию операторской работы…»
«… явно выраженная и прогрессирующая зависимость от дистанционных убийств…»
«… симптомы неоправданного дистанционного садизма и некросадизма…»
«… участившиеся случаи потери самоконтроля…»
«… превышение норм необходимого применения рабочего материала…»
«… неосознанная выработка отсутствовавших ранее операторских навыков…»
«…стремительное формирование принципиально новой системы условных рефлексов…»
«…совершенствование…»
И заключение…
«… недостатки, выявленные в ходе прижизненных наблюдений, являются бесспорными достоинствами при посмертном использовании оператора в качестве рабочего материала второго уровня. Так, например…»
Дочитывать Денис не стал. Сворачивать — тоже. Просто закрыл файл. Вытер со лба нездоровую испарину. Мать-перемать! Он ведь сам мог оказаться на месте Славки, — на месте «рабочего материала» второго, блин, уровня.
Интересно, какие еще сюрпризы припрятал Кожин? Денис наугад раскрывал файлы, заглядывал, и, не особенно вникая в содержание, переходил к следующим.
Охватить как можно больше. Получить хотя бы поверхностное представление. Потому как копать вглубь сейчас нет времени.
Тексты, тексты, тексты… Много текстов. Отчеты. Сухой язык науки и бюрократии. Так сразу и не продерешься. Если не посвящен.
Порой на экране мелькали фотографии — то ничем не примечательные снимки, то жуткие, омерзительные кадры из хроники Кожинских опытов. Иногда загружались видеоролики.
Денис, не останавливался, не ждал, несся дальше, пока бесконечную череду щелчков и кликов не прервало… Стоп! Знакомое лицо!
Назад… Директория «Прикладные экспериментальные программы»… Папки, файлы. Файлы, папки. Ага, вот оно! «Рабочие результаты прикладных экспериментов». И — увесистый файл вложения. И... снимок пахана оргского клана Волков. Николай широко улыбался с экрана во все 32 зуба. За время их знакомства никогда еще Денис не видел орга таким веселым и жизнерадостным. Ни-ког-да.
«Николай Терновский» — успел он прочесть под снимком, прежде чем проворная рука группировщика закрыла файл.
— Эт-т-то что? — выдохнул Денис.
— Я, — спокойно ответил Николай, — и мои анкетные данные. Просто анкета, понимаешь?
Ой, просто, ли? Файл-то — ого-го! Великоват файл даже для самой развернутой анкеты.
— Я был сотрудником «Мертвом рая», — негромко и внушительно говорил орг, — и не из рядовых сотрудников, так что… В общем, не стоит тратить время на этот файл, — нет там ничего интересного.
Неубедительно как-то, Колян-пахан… Денис недоверчиво смотрел на Николая.
— Ты что, мне не веришь? — орг тронул автомат.
— Верю, — пожал плечами Денис.
«Нет, конечно!» — подумал он.
— Вот и замечательно, — хмыкнул группировщик.
«Эх, была бы у меня сейчас твоя пушка…», — Денис покосился на «Вурдолака». Увы, «пушка» была в лапах Волка.
— Ну-ка, ну-ка… давай лучше взглянем вот на это, — палец Николая ткнул куда-то под директорию прикладных экспериментальных программ. — Открой!
Группировщик не просил — требовал.
