Команда с сочувствием глядит на меня. Кто ж ещё поймёт это состояние, как не они? Голой рукой коснуться твари, которую надо прикончить при одном её появлении в поле зрения. А после прикосновения ещё и адекватно соображать, сохранять дружелюбную физиономию и поддерживать беседу! Фильтр до сих пор дымится, стараясь понизить уровень агрессина, но где ему. Это не старая система медицинской поддержки в скафандре, он только на психику работает. Даже глюкоза не спасёт — тут уже гормонами пора ширяться.
Бета, покопавшись в штатной аптечке, тащит инъектор и флакон бактерицидного аэрозоля.
— Давай руки, — говорит.
Молча протягиваю конечности и чувствую сперва мягкий прохладный тычок в сгиб локтя, а потом холодок на ладонях. Скоро полегчает, а пока отваливаюсь на диван и испускаю молящий стон:
— Клубничный йогурт…
Лучший антидепрессант, между прочим.
Почти сразу в ладони утыкается что-то прохладно-запотевшее и аппетитно пахнущее. Не глядя, пихаю полную ложку в рот, потом вторую.
— Я бы не выдержала, — замечает Дельта над самой моей головой. А, так это она притащила мне еду… Приоткрываю глаз.
— Поэтому ты работала фоном, а не стояла первой, — говорю.
В ответ послушно кивают два хвостика.
— Может, сигарету? — Бета невероятно щедр, но плохо подсчитал последствия.
— Отставить сигарету, — отвечаю. — Нам ещё с блондосами через три местных часа встречаться. А там будут Таген и официальный представитель РМ, как его, Ралендо. А ещё наверняка Хищник заявится, так что следует быть абсолютно в здравом уме… — кошусь на Дельту. — Быть может, тебя придётся оставить тут.
Теперь хвостики мотаются отрицательно.
— Это придётся объяснять. Лучше медикаментозно придавить, — возражает она.
— Тебе противопоказан жёсткий гормональный контроль, — отрезает Бета.
Дельта вспыхивает и устремляет взгляд на ботинки.
Пальцем выскребаю остатки йогурта из креманки. Ягодка, украшавшая еду, оставлена на сладкое — лежит на дне и дразнится.
— Соврём правду, — говорю. — Скажем, что занемогла по причине беременности. Насколько я помню биологию гуманоидных самок, у них на ранней стадии бывает такая вещь, как токсикоз. Вот на него всё и свалим.
— Правду нельзя соврать, — непонимающе тянет Гамма. Тьфу, тупица.
— Это просто оборот речи, — отвечаю, вынимая ягодку из креманки за зелёный хвостик. Как аппетитно по ней стекает розовато-белая капелька. Тяну к ней язык…
…и перед глазами встаёт наглая ухмылочка Найро, а в ушах звучит его издевательский комментарий.
— Ой.
Не особо понимаю, кто ойкнул. Потом понимаю — я сама, потому что пальцам больно. Обгоревшая мумифицированная ягода шлёпается обратно в креманку. Это сколько пикров я с руки дала, даже не задумываясь?..
— Ничего себе, — очень осторожно говорит наш медик. — Давай-ка, я тебе ещё дозу…
— Нет, — резко отвечаю. В голове шумит — похоже, залп был нешуточный, и весь в ягоду. Неудивительно, что из неё получился крошечный чёрный дымящийся комочек. Не будь бы такой сочной при жизни, сгорела бы в пепел.
— Я врач, мне виднее, — чуть настойчивей, но всё ещё с опаской отвечает Бета.
Наверное, он прав. Молча протягиваю другую руку под инъектор.
— Накопилось, — констатирую факт, пока холодная резинистая головка присасывается к коже и впрыскивает лекарство. — Столько времени обрабатываю плесень, а зачищать нельзя. Да ещё вокруг постоянно эти талы… Вот и сорвалась.
— Вариант — на «Протон», и пострелять в тире по движущимся мишеням, — предлагает Альфа.
— Другой вариант — звёздный бой через игровую приставку, — добавляет Гамма.
Приставка ближе, и партнёр есть. Благодарно киваю Гамме и выразительно гляжу на стратега:
— Вторым будешь?
Альфа обречённо смотрит в ответ: мол, а что ещё прикажешь делать, не выпускать же тебя к блондосам в таком состоянии, когда до срыва в режим обдолбанного космодесантника — половина гравиплатформы без четверти.
Семь скарэлов гоняемся друг за дружкой по астероидному полю, но подбить стратега удаётся лишь изредка, примерно один раз из шести. Альфа ловчее и спокойнее в прямом бою, но не всегда просчитывает мои засады. Этим преимуществом и пользуюсь, вот только он всё равно целенаправленно и размеренно навязывает прямые догоняшки по виртуальному пространству и всаживает мне торпеду то в борт, то в корму. В общем, не хочу с ним оказаться в аналогичной ситуации по-настоящему, ведь размажет, не чихнув.
А потом приставка внезапно выключается, аккурат под очередной взрыв торпеды об мой катер.
Срываю объединённые с наушниками очки вирт-пространства. Комната как комната, Альфа вон, по креслу растёкся, как нажравшийся слизер, и тоже стягивает привод с головы. Ничего не изменилось, только электроприборы не работают, да за окном, оказывается, дождь собирается — ну, так ещё с утра ощущалось, как электричество в атмосфере погуливает, только я внимания не обращала. Всё равно под крышей были.
— Что произошло? — окликаю ребят, всё ещё болтающихся в гостиной.
— Вы не услышали? — отзывается Гамма, возникая на пороге. — Молния, прямо в здание. Очень мощная. Видимо, аварийные системы выключили питание из-за перегрузки, скоро восстановят.
