«Здесь необходимо отметить еще один момент, который не учитывается многими хозяйственниками и профессионалистами при определении высоты производительности труда. Когда мы берем всю нашу промышленность в целом и подсчитываем всю валовую продукцию, складывая продукцию каждой отрасли, складывая добытое топливо, руду, чугун и другое промышленное сырье с готовыми изделиями – как машины, паровозы, ткань, сапоги и т. д., – и полученную таким образом валовую продукцию делим на количество участников и получаем среднюю производительность труда на человека, то мы совершенно упускаем наше неэкономное, прямо хищническое обращение с сырьем, с топливом, с материалами. А по нашим подсчетам выходит: чем больше мы в воздух пускаем, тем больше у нас продукции, тем большая производительность. Мы вот эту всю расточительность не принимаем во внимание и не учитываем, и очень часто наша нефтяная промышленность, угольная, металлургическая и другие работают не на полезные предметы и изделия, а работают на то, чтобы другие пускали потом эту добычу в воздух»[74].
Парадоксальность ситуации заключалась в том, что экономисты, включая работников Высшего совета народного хозяйства, Госплана СССР и ЦСУ СССР, активно выступали за чистую продукцию, убедительно доказывая непригодность валовой продукции для измерения роста производства. Но на практике делалось по-другому. В 1934 г., в связи с необходимостью «использования единой системы показателей», Совет народных комиссаров обязал Госплан СССР с привлечением заинтересованных ведомств и учреждений провести работы «по приведению форм плановых показателей в соответствие с показателями периодической отчетности». А поскольку в отчетности основным показателем была валовая продукция, то под нее подгоняли другие показатели и на ее базе создавали систему плановых и отчетных показателей.
В конечном счете это вело к усилению культа вала. Развитие специализации и кооперирования привело к тому, что наряду с сырьем и материалами в повторный счет включались готовые изделия, узлы и машины.
По сути, вал стал
Так, академик С. Г. Струмилин назвал повторный счет «статистической аберрацией» (заблуждением, искажением). К сожалению, к валу уже привыкли, с ним сжились, и на этот раз кое-кто уже открыто выступил в его защиту.
Во многих директивных документах по совершенствованию хозяйственного механизма и разрабатываемых на их основе инструкциях и методических указаниях вопрос научного измерения экономического роста даже не поднимался.
В 1957 г. было принято постановление «О дальнейшем совершенствовании управления промышленностью и строительством», суть которого заключалась в ликвидации отраслевых министерств и создании в областях советов народного хозяйства (совнархозов). Территориальная система управления создала более благоприятные условия для организации труда и структуры управления на микроуровне, межотраслевой специализации и кооперирования в регионах и организации комплексного развития экономических районов. Наряду с достоинствами в новой системе проявились серьезные недостатки. Многие совнархозы под предлогом специализации стремились освободиться от производства «невыгодной» продукции; обнаружились попытки создания замкнутого хозяйства внутри экономического района; кое-где стали строить новые предприятия и развивать сырьевую базу исходя из местных интересов; межхозяйственные поставки выполнялись прежде всего для «своих» предприятий без учета интересов «чужих».
Поэтому одним из принципиальных направлений хозяйственной реформы 1965 г. была ликвидация территориальной системы управления и возврат к отраслевой системе. Было образовано 11 союзно-республиканских и 9 союзных министерств. Госплан СССР был преобразован в союзно-республиканский орган. Как оправдавшие себя были сохранены существующие в экономических районах органы материально-технического снабжения по территориальному принципу с сетью специализированных складов и баз для снабжения всех предприятий и организаций региона.
