С каждым словом её голос становился все крепче и увереннее, шепотки умолкали, люди, закрутившие было головами, уставились на сцену.
— Начать я хочу с простой песни, которую когда-то давно пели у меня на родине!
Она наклонилась, кладя микрофон на пол сцены, выпрямилась. Аура девушки расширилась, сила плеснула в зал со сцены. Сработала защита, отсекая энергетическую составляющую. Но и голоса было достаточно, на зал опустилась тишина. Замерли все: публика в зале, оркестранты в яме, дворяне в ложах, охрана по углам.
Дирижер махнул палочкой, оркестр ожил, полилась тихая мелодия скрипок.
И Мила запела.
Слов в этой песне не было, были лишь звуки. Энергия расходилась от Милы волной, распадаясь на гармоники в паре метров перед краем сцены, дрожали лучи прожекторов. Оркестр стремился успеть за потоком звука, льющегося в зал.
Справились быстро, вложились в мелодию, которую вела скромная, милая девушка в алом платье.
Мила отдалась своей песне.
Что это было, я не мог бы сказать. Лето, наверное, это было лето! Робкое утро, жаркий день и теплый вечер пронеслись перед нами. Лучи солнца, гладящего горизонт, покой и нега, затапливающие мир стремительной волной, сметая дневные заботы и плохие мысли. Как бы то ни было до, отныне все будет хорошо! Наступил день! Посмотри, как прекрасно вокруг!
Защитные амулеты по краям сцены погасли, Мила вкладывала энергию в песню. Без слов, ноты переплетались одна с другой, вползали в подсознание, рождая прекрасные образы.
Долгое поле, раскинувшееся впереди, ветер гонит волны по мягкой зеленой траве. Впереди, далеко, пылает шар солнца, сияют снежными шапками горы. Тянется к небу величественный лес, таятся под его сводами звери и птицы, не опасные, добродушные. Несет воды река, которую обнимают два песчаных пляжа. Вот это остатки вечернего костра, тут кто-то сидел всю ночь, глядя на звезды.
«Очнись, ну!» Пнул меня словами Миро. «Это завлекающая песня! Сирены поют её на обочине Дороги, затаскивая простофиль в гости!».
Я встряхнулся, огляделся.
Дарина, сидевшая от меня справа, наклонилась вперёд, приоткрыв рот, и жадными газами смотрела на сцену. Добромир пытался держаться, сохраняя независимый вид. Вера и Яромир обнялись, Яромир гладил свою женщину по плечам, а та спокойно прикрыла глаза, наслаждаясь звуком.
Песня начала стихать, оставив нас на волнующей, тихой ноте.
«А Вещь-то умная!» Заметил Миро. «Она учится использовать биомехи!»
Следующую песню Мила посвятила всем прекрасным девушкам, и это было что-то о любви. Такое же милое, тихое, прекрасное.
После нечто в честь Светлого Царства, величайшей державы Дороги.
— Спасибо. — Сказала Мила, окончив третью песню.
И зал взорвался овациями. Люди вскакивали с мест, продолжая аплодировать. Музыканты, которым досталось сильнее всех, бессильно опустили инструменты. В оркестровой яме замелькали белые халаты медиков, со слабыми вспышками срабатывали медицинские амулеты.
Занавес над сценой опустился, в зале вспыхнул свет.
А у меня завибрировал телефон.
«Мирослав, подходи к третьей ложе, там охрана. Тебя пустят». Писала Снежана.
«Давай по-быстрому заберем Вещь и свалим отсюда!» Заворчал Миро. «Нам ещё домой ехать!»
— Я домой. — Сразу же сказала Рогнеда. — К себе, мне вещи забрать надо. Потом в мастерскую. Даринк?
— Да, я тоже. — Согласилась Дарина.
— Яромир, поможешь?
— Конечно. — Кивнул Яромир.
На выходе компания разделилась. Я отправился искать Милу и Киру, за мной увязался Добромир. Остальные отправились по домам, Дарина и Рогнеда собирались ко мне переселится надолго.
«Потом не выгоним». Хмыкнул Миро.
Охрана на входе в служебные помещения на нас покосилась, но задерживать не стали.
Милу и Киру мы встретили около гримерки.
— Господин, как вам? — Спросила раскрасневшаяся, довольная и уставшая Мила. Девушка была в том же платье, как и на сцене, глаза её горели восторгом, энергетика в ауре бурлила. Кира, наоборот, выглядела хмурой, кобура на поясе была расстегнута.
— Ты великолепна! — Сказал я искренне.
— Да? Спасибо, спасибо! А хотите, я буду петь только для вас?
«Ещё что придумаешь?»
— Как-нибудь. Давай собираться, и домой. Или ты хочешь остаться?
— Нет-нет, я с вами! — Сирена заулыбалась, теплое солнышко рабской метки толкнуло мою энергетику, потянувшись к Сердцу Пламени. Не думая, что делаю, я поделился энергией, и Мила буквально расцвела.
«Все-то не отдавай». Предупредил Миро. «У неё и своё есть!»
Телефон в моем кармане тренькнул, принимая сообщение от Снежаны.
«Мирослав, я жду! Давай быстрее! Ложа номер три!».
«Идем». Ответил я.
— Теперь домой? — Предположила Кира.
— Нет, зайдем к Снежане сначала. — Сказал я. — Она хочет нас с кем-то познакомить.
Мы поднялись по лестнице, на ступеньках которой были выгравированы цифры «3», и уперлись в коридор, оканчивающийся массивной деревянной дверью, украшенной незатейливой резьбой.
При входе стояли трое стрельцов, в боевой броне, и искусник, в черном кимоно. Стрельцы глядели в пространство, искусник хмурился.
Я сбавил шаг.
