В первую же неделю улов оказался богат, три биомеханические змеи, киберптица размером с ястреба, и штырь-анализатор, воткнутый в крышу.
«Живую охрану бы нанять». Сказал Миро, когда я разглядывал штырь-анализатор. Изделие здешнее, стальной лом, покрытый грубой машинописью, запись ауры и передатчик, выбрасывающий информацию в пространство.
Живого шпиона поймали на вторую неделю.
Худой, прилично одетый тип со смуглым лицом теребил карминовую розу, и глядел вокруг делано-растерянными глазами. Кибертараканов Добромира шпион миновал, домовые его не заметили. Типа выловил Санитар уже на втором этаже, и накрепко прижал к стене, не давая сойти с места.
— Что хотел-то? — Спросил я.
— Автограф у Людмилы! — Выпалил шпион.
Цветок впился своему хозяину в руку, и выплеснул в мир ауру. Интерес, смущение, надежду на удачу, ещё раз интерес, какую-то комнату, заставленную аудиоаппаратурой и постеры музыкальных групп на стенах.
Гнездо меломана, фальшивое от пола и до потолка.
Кибертаракан ужалил шпиона в ногу, принес мне слепок настоящей ауры.
Вечер, квартира на окраине города, экран компьютера. Запах сигарет и скука, съедающая душу похуже иной кислоты. Желание капельки, всего лишь одной таблетки вещества, пронизывающее все естество. Ещё немного, и биомехи начнут ломать тело изнутри, не получая так необходимого им лекарства. Безысходность сливается в одну мрачную картину, выход из которой лежит в ящике стола, старенький «Танго», купленный при случае.
Заказ, задание. Проникнуть в дом, узнать, разведать, понять, что там происходит. Певичка не интересна, интересен её хозяин.
Повинуясь мысленной команде, биомехи начинают плавить плоть, часть аванса отправлена в магазин готовой одежды. Впереди путь через двор, подвальное окно, мастерская, лестница, и вынырнувший позади Санитар.
— Врать мастеру Искусства — плохая идея. — Процедил я. — Поймаю второй раз, переделаю в биомеха. Иди отсюда. Цветок оставь, нечего тебе с такими вещами бродить.
Шпион ушёл, а записывающий амулет сгорел в печке.
Через пару дней нас навестил Сергей Бельский.
— Привет. — Мрачно сказал я. Чудесное настроение, вызванное утренней чашечкой кофе и улыбками Милы, растаяло без следа. — С чем пожаловал?
— Разве я не могу просто зайти в гости? — Осведомился Сергей.
— Ну… Можешь, наверное. Мила, чашечку кофе гостю! Ваше Сиятельство…
— Без чинов и званий. — Быстро сказал Сергей. Сирена сделала неуловимое движение, и аура его пошла волнами. Странно, даже и не сказала ничего.
«Поплыл, Боярчик!» Обрадовался Миро.
— Тогда не в доме. Там, — я указал на потолок, — лишние люди.
— Тогда поехали прокатимся. — С облегчением сказал боярин.
«Шевик» Сергея вынес нас за город, к каскадным озерам на дороге к Ростову.
Остановились, вышли из машины.
Сергей поднял с земли камешек, швырнул в воду, поглядел на расходящиеся круги. Хмыкнул, и активировал амулет.
Вокруг развернулся сильный экран покоя, центром которого был «Шевик».
— Вот тут такое дело сложилось. — Сказал Сергей. — Твой ученик, Добромир Венцов. Что ты о нем знаешь?
— Из простой семьи. Родители погибли в магической катастрофе. Поступил в институт, часть оплаты взяло на себя Светлое Царство.
— Не много. Слушай тогда. Добромир и Марина Венцовы выжили при прорыве к нам Высшей сущности Дороги. Владислав Милорадович экспериментировал с призывом сущностей, на зов явился Владыка Путей. Милорадовичи попытались справиться собственными силами, не вытянули, Владыка разнес городок в пыль. Были большие человеческие жертвы, в том числе и родители Венцовых. Сущность выкидывали с Китежа стрельцы 107-го полка, не без труда, надо признать.
«О, другой взгляд на происходящее!» Сказал Миро. «Помнится, Черный барон рассказывал чуть иную версию событий. Где же правда?»
«Где-то посередине».
— Заботу о выживших повесили на Милорадовичей, те не отказывались. Когда у Добромира обнаружили таланты к управлению энергиями, половину суммы за обучение заплатил Иван Милорадович.
— Но это не все, что мне нужно знать?
— Не все. Дело в том, что в Светлом Царстве существуют иные политические силы, кроме дворян. Профсоюзы, кружки по интересам, фан-клубы знаменитостей и все такое прочее. Это не секты, давить их оснований нет, и в Нижние рода им тоже не светит. Так, подбирают объедки со столов выше.
— Со мной они на контакт не выходили.
— С тобой нет. А вот Добромир…
— А он что? — Напрягся я.
— Ты про Трудовую Волю слышал?
— Может, всплывало что-то, но новости я не смотрю.
— Зря. Трудовая воля — это объединение профсоюзов Светлого Царства. У них есть свои адвокаты, охрана из наемников, фонд помощи, система пенсионных вкладов и много что ещё. Сильная и серьезная организация, постоянно лезущая в политику. И Добромир Венцов когда-то был её активным участником. Листовки расклеивал, курьером бегал… В пятнадцать лет вступил в дружину, ходил в патрули по родному городу.
«Надо же, а у Жреца была интересная карьера!»
— Есть сведения, — продолжал Сергей, — что все связи с Трудовой Волей Добромир порвал ещё до поступления в институт. В дружине со времени поступления в Институт его не видели.
