То единственное объяснение, которое дал этому Медведев это и подтверждает: на вопрос о причинах он сумел сказать только одно: «Утрата доверия. Причина вытекает из самого Указа». Но спрашивали его о причинах утраты доверия — и получилось, что он его утратил потому, что сам издал такой Указ: издал указ о своей утрате доверия — и исполнил его, то есть доверии утратил — в силу собственного распоряжения. Медведев не только не сумел ничего объяснить — он даже не сумел грамотно выразить свою мысль. Большее, что может означать его ответ — «захотел и уволил».
В силу собственной блажи.
И по большому счету, на это прозрачно намекнул и Путин, сказавший прямо — заслуги у Лужкова большие. Но — не договорились. Не понравился он президенту — тот его и уволил. Имеет право.
В общем же контексте происходившего и до отставки, то есть лжи и грязи, которые Медведев распорядился выплескивать на Лужкова с экранов, в целом, с нравственной точки зрения можно сказать только одно —
Тем, кто радуется его снятию сегодня, потому что не может простить его действительных грехов участия в переворотах 1991 и 1993 гг. хорошо бы понять, во-первых, что винить его в этом сегодня — это все равно, что в 1943 году винить Черчилля в его борьбе против Советской России в 1918 году.
А во-вторых, — что сделанным им в последствии для Москвы, москвичей, — в первую очередь трудящихся и обездоленных москвичей, спасением их от вымирания и нищеты в 1990-е годы — он пожалуй, искупил свои 1991 и 1993 гг.
Да, как будто бы формально Медведев имел право на подобное увольнение Лужкова. Подыгрывающие медведевской стороне СМИ указывают, что президент не обязан объяснять подобного своего решения. Формально оно как будто так. Но, вообще-то, любой умный руководитель, который хочет, чтобы исполняя его решение, люди исполняли его осознанно — объясняет.
Утверждения, что он не обязан по закону отчитываться в своих поступках — с одной стороны есть объявление его лицом, неподконтрольным и неподотчетным обществу и народу. С другой — в принципе неверны и антиконституционны, поскольку власть президента в РФ дана не свыше и не помазанием РПЦ, — единственным источником власти президента является многонациональный российский народ. И получив от него мандат на власть, Медведев принял на себя и обязанность отчитываться в своих поступках и их мотивах. Избрание президента есть форма договора некого лица с народом — договора, в соответствии с которым это лицо получает полномочия и соглашается на обязанности и на контроль за своими действиями.
Сняв без объяснения причин одного из наиболее заслуженных руководителей в стране, Медведев плюнул в лицо ее гражданам и уж тем более — жителям ее столицы. Тем самым он разорвал свой договор с избирателями и дал право любому гражданину страны принимать участие в действиях, направленных уже на его отстранение от власти — любыми, созданными историей и политической практикой средствами.
Если на то пошло, по данным ВЦИОМа, опубликованным 28 сентября 2010 г.[17] 65 % москвичей положительно оценивали деятельность Лужкова, тогда как отрицательно — лишь 21 %.
По опубликованным в сентябре 2010 г. данным Левада-центра[18], 52 % верили в слухи о коррумпированности Лужкова и необоснованных преимуществах Батуриной, но при этом даже среди тех, кто в эти слухи верил, менее половины (49 %) выступали за его отставку (то есть, в целом — четверть жителей, меньше чем голосовали против него на последних выборах), тогда как большинство (52 %) хотели, чтобы он как минимум доработал свой срок до 2011 года.
Медведев проигнорировал это мнение москвичей. Ему так захотелось.
В трудном положении оказались социологи и всячески стараются не вызывать раздражения у властей. Стремительно поправил свои данные ВЦИОМ, опубликовав материалы о том, что 65 % россиян поддерживают Указ Медведева отставке Лужкова, а осуждают всего 13 %[19].
Как 34 % оценивающих негативно и 35 % оценивающих позитивно превратились за две недели в 65 % поддерживающих принудительную отставку — знают только специфические специалисты из этого центра.
Точно также, только они могут ответить на вопрос, почему в этот раз они сочли нецелесообразным опубликовать данные об отношении москвичей к поступку Медведева.
Правда, Левада-центр, изначально отдавая себе отчет в рисках оглашения полных данных, уже 24 сентября счел целесообразным не давать цифры об отношении к Лужкову москвичей, а ограничился «средними по больнице» — данными по России[20].
Хотя, оценивать мэра столицы должны были те, кто живет в возглавляемом им городе, и судит о нем по тому, как он решает их проблемы, а не по интонациям дикторов центрального ТВ и заявлениям журналистов.
