– Попробуем открыть сами,- ответил Маузер,- давай, выходи из машины и посмотри, что можно предпринять…
Лейтенант вышел из автомобиля и попытался передвинуть шлагбаум самостоятельно, однако у него ничего не получилось.
– Ни хрена не умеешь,- крикнул ему Маузер,- а еще нью-йоркский полицейский…
Выйдя из «линкольна», капитан пошел на подмогу своему подчиненному – при этом он не заметил, что автомобиль не был поставлен на ручной тормоз…
Полицейские, тяжело дыша, попробовали передвинуть шлагбаум, что так некстати перегородил им проезд – тот не поддавался. Наконец, внутри механизма поворота что-то затрещало – видимо, сломалась какая-то шестеренка, шлагбаум неожиданно развернулся, и державшиеся за него по инерции полетели назад, прямо на автомобиль, стоявший на спуске в подземный гараж.«Линкольн», получив сильный толчок, плавно покатился вниз, на выезжавший «каддилак» Харриса – тот попытался было отъехать назад, но огромные размеры автомобиля и ограниченность пространства не давали возможности для маневра. Огромный зад «линкольна» со все нарастающим ускорением приближался к капоту «каддилака». Казалось, еще мгновение, и машины будут сплющены. Харрис в ужасе открыл дверцы и крикнул Робертсу:
– Бежим!…
В это самое время лейтенант Колтон, освободившись от тяжести шлагбаума, мужественно кинулся спасать положение. Единственное, что ему удалось – схватиться руками за передний бампер движущегося «линкольна», однако удержать катящуюся машину не сумел, мигом потерял равновесие и, не выпуская из рук бампера, поволокся по цементу вслед за автомобилем.
– Стой!- истошно заорал Маузер на весь гараж,- стой! Держи ее!…
Через мгновение «линкольн» на огромном ускорении протаранил своим задом капот «каддилака»- во все стороны посыпались снопы искр, видимо, в результате столкновения что-то произошло с энергосистемой. Еще через секунду в поврежденных автомобилях на весь подземный гараж истошно завыли сирены – похоже, неожиданно включились автоалармы.
Колтон, тяжело дыша, поднялся с пола – весь его костюм за какое-то мгновение превратился в лохмотья…
– Идиот!- в один голос закричали на него Харрис
и Маузер,- Дегенерат!… Ты что, специально это сделал? Тот виновато посмотрел на своих начальников.
– Я не хотел этого, честное слово, я не хотел…
В подземном гараже появился хозяин в сопровождении двух полицейских.
– Вы нарушили существующие правила,- возмущенным голосом начал он,- кроме того, вы испортили шлагбаум…
Маузер и Харрис подняли глаза на вошедших и, к своему ужасу, увидели, что полицейские рядом с хозяином
– ненавистные им Хайталл и Ларвел.
– Капитан?- Хайталл весело посмотрел на Маузера,- какая, однако, приятная встреча! Никогда бы не подумал, что придется вновь свидеться с вами, к тому же – при столь отягощающих обстоятельствах…
Ларвел, заметив среди стоящих у покореженных автомобилей Колтона и Робертса, заулыбался:
– Как, и вы тоже тут? Очень приятно, очень приятно… Думаю, что нам с Хайтеллом придется выступать
на суде о возмещении нанесенного ущерба в качестве свидетелей против своего бывшего начальства,- он издевательски поклонился в сторону Маузера и Харриса,- а также против бывших однокашников…
Харрис в досаде сплюнул на пол.
– У, проклятые черножопые,- сквозь зубы процедил он,- проклятые черножопые скоты… Я еще поквитаюсь с вами, вы еще попомните капитана Харриса…
– Уважаемые дамы и господа! В начале своего краткого слова я еще раз хотела бы напомнить всем тут собравшимся о том, что мы с вами живем в самом демократическом в мире государстве, в государстве, где не может быть места диктату и единоличным решениям,- Мери Сьюзил перевернула страничку,- в государстве, где все вопросы решаются в интересах общества. Вы прекрасно знаете, что в русле правительственного сокращения затрат на содержание государственного аппарата федеральные власти решили расформировать одну Полицейскую Академию – содержать два аналогичных учебных заведения для нас слишком дорого…
Мэр Нью-Йорка выступала на открытой эстраде перед кадетами и инструкторами сразу же двух Академий. Момент был серьезный: одна из Академий наверняка должна быть закрыта не позже, чем через месяц. И кадеты, и инструкторы напряженно внимали каждому слову мэра,- от этого зависела их дальнейшая судьба.
– Да, содержать сразу же два аналогичных учебных заведения для нас – слишком большая роскошь,- продолжила Сьюзил.- И мы не можем себе этого позволить. Одну Академию следует закрыть. Но какую? Для решения этого вопроса мы прибегли к самому демократичному методу: указанием федеральных властей создана специальная общественная инспекция, своего рода – комиссия, которая и должна решить этот вопрос. В комиссию вошли популярные телеведущие Джордж Хильер и Элизабет Броуденберг,- она показала в сторону трибуны
