К полицейским бежали репортеры, неизвестно каким образом пронюхавшие о разгроме банды. Обступив офицеров кольцом, поминутно щелкая фотовспышками, они наперебой закричали:
– Как вам удалось установить местонахождение преступников?
– Сколько времени вы затратили на их поимку?
– Как удалось офицеру полиции внедриться в банду?
– Сколько полицейских пострадало при захвате бандитов?
Сколько человек арестовано?
Удалось ли кому-нибудь скрыться?
Будет ли капитан Лассард и дальше помогать
своим бывшим коллегам? Лассард замахал на репортеров:
– Тише, господа, тише. Все в полном порядке, из полиции не пострадал никто, все преступники задержаны. А я завтра же подаю рапорт с просьбой о восстановлении меня в нью-йоркской полиции…
У входа в заброшенный зоопарк Джон Насименто грузил задержанных в полицейский фургон с зарешетчатыми окнами.
– Помните, господа задержанные,- наставлял он,- помните о ваших правах. Вы должны знать, что все, сказанное вами может быть использовано против вас. Вы можете отвечать на наши вопросы в участке, можете сохранять молчание, можете требовать своего адвоката. Вы имеете право разговаривать, курить, смеяться, рассказывать анекдоты, петь блюз. Вы не имеете права ругаться, драться, оскорблять полицейских, употреблять спиртные напитки и наркотики…
Выехав на автобан в сопровождении восьми полицейских «понтиаков», с включенными сиренами, фургон на полной скорости помчался в сторону Нью-Йорка…
– Вчера в двадцать три часа пятьдесят минут силами полицейских шестнадцатого участка нью-йоркской полиции проведена блестящая операция по задержанию опасной банды, известной в нашем городе под названием «Рак матки». Арестован главарь – двадцатипятилетний Мэл Клифорд, известный в криминальных кругах под кличкой Салдам. При задержании органам правопорядка совершенно справедливо пришлось применить огнестрельное оружие. В завязавшейся перестрелке главарь банды получил ранение в левую ягодицу, и теперь он находится в тюремном госпитале. Вскоре он предстанет перед законом. Мэлу Клифорду будут предъявлены обвинения в тридцати трех убийствах, в том числе – в убийстве офицера полиции Мэриленда в 1982 году, в организации массовых беспорядков, в вымогательстве, шантаже, применении физического насилия и угрозе насилия, в незаконном хранении оружия, покушении на жизнь полицейских, в хранении и продаже наркотиков и еще много в чем другом… Следует отметить, что операция по ликвидации банды удалась только благодаря личному мужеству лейтенанта МакКони, недавнего выпускника Полицейской Академии, который, рискуя жизнью, внедрился в банду преступников и…
Все офицеры, свободные от патрулирования, смотрели в кабинете начальника шестнадцатого участка полиции капитана Лассарда выпуск последних новостей. МакКони, допив из бутылки пиво, протянул ее Шлегелю.
– Возьмешь? Тот обиделся:
– Пустую? А зачем она мне нужна? Джерри улыбнулся.
– Ты что, больше не коллекционируешь порожнюю стеклотару?- спросил он.
– Да ну тебя в задницу,- еще больше обиделся тот,- вечно ты некстати со своими шуточками…
– Ладно, ладно, не сердись. Окончим дежурство – проставлю я тебе пиво…
– … сегодня мэр нашего города Мери Сьюзил,- продолжил популярный телеведущий,- от имени Президента выразила герою полиции благодарность за личное мужество…
– Лучше бы они там скинулись и купили мне хорошую «тачку»,- прокомментировал сообщение телеведущего Джерри.
– … как всегда – в студии программы новостей Джордж Хильер и Элизабет Броуденберг. Сообщаем еще одну новость: капитан Лассард вновь занял должность начальника шестнадцатого участка городской полиции. Как мы уже сообщали, этот мужественный полицейский принял самое непосредственное участие в задержании главаря банды «Рак матки». Прежний начальник – лейтенант Лесток – смещен с должности в связи с полным служебным несоответствием. Капитан Маузер, некоторое время курировавший этот участок, обвиняется в шантаже владельца маркета Питера Абрахамсона. Если обвинения будут доказаны, капитану Маузеру придется отправиться на пенсию. После небольшой рекламной паузы мы продолжим наши сообщения…
– Приглуши звук,- попросил МакКони Саманту Фокс, сидящую к телевизору ближе других.
– Что, думаешь, услышал про себя, так больше и смотреть не стоит?- засмеялась негритянка.
В комнату вошли Джон Насименто и Элизабет Трахтенберг. Вид у них был счастливый.
– А у нас сегодня помолвка!- прямо с порога заявили они коллегам.
– Да ну!- в один голос удивились полицейские,-
быть того не может!… Джон и Элизабет уселись в кресла.
– Да,- сказал Джон,- точно. Сегодня вечером мы решили по этому случаю устроить небольшой банкет. Так что,- он обвел взглядом присутствующих,- приглашаю вас всех. Ровно в семь вечера у меня дома…
У нас,- поправила Элизабет,- у нас дома.
Да, дорогая,- согласился Насименто,- конечно
же у нас дома. МакКони протянул Джону руку.
– Искренне и от всей души поздравляю тебя,- начал он,- поздравляю тебя с новым достижением… И как это тебя только угораздило, приятель?…
Насименто заулыбался:
