— Джонас, ты молодец, — сказал Гриша, вцепившись в руку своего товарища.
Тот улыбнулся, его лицо, обычно суровое, смягчилось. — Спасибо, Гриша. Мы все молодцы.
Парень ушел, а Григорий с трудом переставляя ноги, и тут даже кофе не особо помогало, сейчас в спокойной обстановке он в полной мере осознал, насколько он устал за прошедший день.
…
Тем временем в штабе царила тяжёлая атмосфера. Командующий операцией Люций сидел за столом, уткнувшись в отчёт о потерях.
Цифры были неутешительными: два десятка "Дуг", девять МЭКов уничтожены безвозвратно, ещё семь — сильно повреждены. Десяток дронов, радар ПВО, упавший в котлован…
Каждая строчка отчёта была хлестким ударом по его репутации. Но больше всего Люция беспокоили взгляды. Злобные, брезгливые, полные скрытого недовольства. В штабе это не оговаривалось вслух, но все понимали без лишних слов.
Его группа поддержки, почти в полном составе, сгинула в потоках расклеенного метала. Те, кто остался, смотрели на него с подозрением.
Люций чувствовал, как его авторитет тает, словно песок сквозь пальцы. И он уже реально боялся, что до базы Легиона он просто не дотянет. Разозлённый друг кого-то из погибших мог настигнуть его гораздо раньше.
Тем временем Кан и Леви, сидя в углу, попивали кофе и наслаждались зрелищем. Люций, сидевший на некотором отдалении, казался им жалкой фигурой.
— Мы не слишком жёстко? — спросил Леви, поднимая кружку.
Кан лишь усмехнулся. — Его предупреждали. И не раз. Если не дурак, то понял бы. А дураков не жалко.
— Ну-ну, — Леви уже хотел пожурить напарника, но остановился. — В любом случае, если с Люцием что-то произойдёт, весь геморрой ляжет на меня.
— Не парься, — Кан отхлебнул кофе. — Я знал, что так будет. И провёл с личным составом штаба разъяснительную беседу.
Леви улыбнулся, его глаза сверкнули хитро. — Какой хитрый жук.
— Да я такой, — Кан подмигнул.
Они обменялись понимающими взглядами. Люций был обречён, и они это знали. Но пока он сидел там, в своём углу, они могли наслаждаться моментом.
Люций, чувствуя их взгляды, поднял голову. Его лицо было бледным, а глаза — полными злости и страха. Он понимал, что его карьера, а может, и жизнь, висят на волоске. Но он не собирался сдаваться.
— Кан, — резко обратился он к своему сопернику. — Ты думаешь, я не понимаю, что происходит?
Кан поднял бровь, его лицо оставалось невозмутимым. — А что происходит, Люций?
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Нет, не знаю. Но если у тебя есть вопросы, задавай.
Люций стиснул зубы, его пальцы сжали край стола так, что кости побелели. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого он встал и вышел из здания мобильного штаба, оставив за собой тяжёлую тишину.
Кан и Леви переглянулись, и тут же довольно захихикали. — Ну что, — сказал Леви, — похоже, он всё понял.
— Да, — Кан кивнул. — И это только начало, но не будем заглядывать наперед.
Сказал Кан отпил из кружки дымящийся напиток, его лицо, обычно спокойное, теперь выражало лёгкое беспокойство. Он перешел к столу, где были разложены планшеты с картами и пометками.
— Меня больше интересует, следует ли нам ждать ответного визита, — сказал он, отставляя кружку.
Леви, сидя напротив, улыбнулся. — Не парься. Со мной связались представители корпорации. Они уже вступили в переговоры.
— И что? — Кан поднял бровь.
— А то, что комбинат, скорее всего, останется за нами.
Кан лишь пожал плечами. — Нам-то какая разница? Да и вообще, для отвлекающего удара мы задействовали слишком много ресурсов.
— Кстати об ударах, — Леви наклонился вперёд. — От Инока что-то слышно?
— Нет…
Кан покачал головой, его лицо стало серьёзным. — И меня это беспокоит.
— Не тебя одного, — вздохнул Леви. — Они пропустили первый сеанс связи. Следующий через... — он взглянул на часы, — через два часа. Если не ответят на него, придётся действовать по плану Б.
— Не хотелось бы, — пробормотал Кан, — но, возможно, придётся.
Чтобы развеять напряжение, Леви решил сменить тему. — Ну, как там твой Гриша поживает?
Лицо Кана заметно оживилось. Он уже читал отчёт, и теперь его глаза сверкнули гордостью. — Ты не поверишь, этот пиздюк...
…
Гриша сидел за штурвалом вездехода, его пальцы судорожно сжимали винтовку. Их машина мчалась по размытой дороге, колеса взбрызгивали ядовитую жижу, оставляя за собой чёрные брызги.
Токсичные дожди превратили землю в топкое месиво, а тусклый свет луны едва пробивался сквозь плотные облака, окутавшие небо. Фары были выключены — свет привлекал внимание, а здесь, нейтральной полосе, каждая тень могла быть врагом.
— Гриша, ты вот мне скажи… на кой хрен нас подняли среди ночи? — Солф, откинувшись на водительском сиденье, зевнул так, что челюсть хрустнула. Его голос был хриплым от недосыпа.
Гриша, не отрывая глаз от темноты за лобовым стеклом, пробурчал: — Диверсионная группа выходит. Мы должны их встретить. Всё, что мне сказали.
— Разбудили посреди ночи… полчаса на сборы… — Солф едко фыркнул, разминая затекшую шею. — И вот мы уже час ползём поэтому полу болоту. А че, они сами выбраться не могут? Ленивые сволочи.
