Покончив дела с Лоренцо, Ганс был представлен хозяину здешнего места — "сеньору Массимо". "Сеньор Массимо", оказался крепышом, среднего роста, русоволосым, лет так тридцати пяти.
— Здравствуйте Ганс! Вам наверное удобней будет называть меня Максом, если это так, то я возражать не буду.
Макс говорил на интерлингве с каким то странным акцентом, который раньше Проныре не встречался. Но мало ли на свете произношений? А Макс тем временем продолжал:
— Мы сейчас не станем обсуждать того, ради чего оказали всем вам свое гостеприимство. Сейчас мои ребята помогут вашим людям устроиться на ночлег. Предупреждаю сразу, продовольственных магазинов поблизости нет. Все продукты, мы будем завозить сами. Сейчас же, когда вы все расположитесь, мы обеспечим вам питание готовыми обедами. Так же будет и с ужином, да и завтраком тоже. Потом, кто хочет, может готовить для себя, то что привык есть. Но это по желанию. Еще предупредите людей о том, что территория пансионата охраняется и выходить за обозначенный периметр нежелательно. Далее, то имущество и оборудование, что вы привезли с собой, сейчас разгружается на терминале и будет вывозиться в наши хранилища. Поэтому вопросы по нему, можно будет задавать позже. И еще, с завтрашнего дня, с вами будут работать наши дознаватели. Предупредите своих людей, пусть не беспокоятся. Это обычное собеседование с иммигрантами.
— Макс! Как можно будет связаться с Вами, если возникнет в этом нужда?
— Вообще то, в каждом коттедже, есть стационарные средства связи. Это внутренняя связь. Вот по ней ко мне и обращайтесь. Именно ко мне, ибо наши люди, отвечать на ваши вопросы не будут. Пытаться связаться с кем-либо по вашим коммуникаторам, я не советую. Во-первых, здесь другие стандарты связи, во- вторых, не стоит вам афишировать свое присутствие. Вы конечно, сейчас под нашей защитой, но все-таки не надо никому создавать проблем.
После такого инструктажа, началось вселение беглецов в коттеджи. В принципе, здесь было все понятно, один дом — одна семья. Но не обошлось и без курьезов. Доктор Вернер, как и его ассистентка Марта, были холостыми. И когда каждому из них досталось по коттеджу, Марта начала протестовать. Она потребовала, чтобы ее поселили непременно в одном доме с Вернером, заявляя, что быть одной в доме, в незнакомом месте, ей просто страшно. Что она вполне привыкла к обществу доктора Вернера и совершенно не способна ему помешать, что в конце концов, она ведь всегда помогала доктору на работе и не видит ничего плохого в том, что будет заботиться о его бытовых удобствах. Скандал, затеянный Мартой, несколько снял то напряжение, которое испытывали невольные переселенцы. Охранники, весело смеясь, что то начали говорить на незнакомом языке. Макс же, вопросительно посмотрел на Вернера. Тот в ответ сперва пожал плечами, а затем утвердительно кивнул.
— Можете вселяться к уважаемому доктору, госпожа…
— Краус, господин Макс. Пока что Краус!
Услышанный ответ вызвал новые раскаты смеха, причем не только у охраны, но и у самих путешественников. А довольная достигнутым, Марта Краус, подхватила свое имущество, легко поместившееся в дамской сумочке, уверенно направилась к дому, в котором собралась поселиться. Злой как черт Вернер, направился следом.
А на следующий день, началось обещанное собеседование.
