ОКРЕСТНОСТИ АМБЕРА.
— Похоже что мы можем искать пиратские гнезда только по названиям звезд, — пошутил Гарматов, когда ознакомился с данными последнего перехвата.
— Для этого нужно сперва убедиться, что это не является совпадением, — мысль Гарматова о том, что мы имеем дело с какой-то закономерностью, была неплоха.
— Да вряд ли эта публика долго думала, когда называла звездные системы именами камней, чувствуется, что с этой мыслью Сергею Юльевичу не хотелось расставаться.
— Поживем — увидим, так ли это. Мы пока имеем в своем банке данных только индексы вместо живых имен.
Разговор этот зашел после того, как офицерами штаба флотилии была произведена расшифровка переговоров между кораблями предполагаемого противника. И хотя в истинности, ранее полученных сведений сомнений у нас не было, но проверить их было не лишним. Следовало убедиться в том, что целью нашей атаки не станут корабли "нейтралов". Перехват и расшифровка содержания переговоров, говорил о том, что на Амбере, как и на "Грязной Жемчужине", нейтральных и дружественных целей не было. За одним исключением: транспортный терминал тоже был собственностью Сообщества и имел соответствующий гарнизон. Это обстоятельство портило нам все дело. Как и на "Жемчужине", орбитальная стоянка пиратского флота находилась в зоне действия оборонительных систем терминала. К тому же, зона поражения была увеличена благодаря наличию на ближних орбитах планеты двух боевых станций.
Согласно той информации, что дал нам допрос иблисопоклонников, гарнизон терминала был "прикормленным". Стоит атаковать базу пиратов и мы нарвемся на противодействие систем ПКО. Конфликтовать с Сообществом нам было сейчас не с руки. Но и отступать от своих намерений мы не хотели.
Два дня назад, "Маша" произвела скрытое десантирование агентурно-боевых групп, чьей задачей было тихо и аккуратно организовать серию аварий и отказов в энергетической системе терминала. Высадились группы благополучно. К месту проведения операции добрались все четыре группы. А потом они вдруг все разом не вышли в условное время на связь.
Хюммель предполагал вначале, что группы либо погибли, либо попали в плен. Но будь это так, в поведении противника обязательно произошли бы изменения. А их не было. Расшифровка переговоров тоже ничего не давала. Похоже, что ни пираты, ни гарнизон тут не при чем.
— Как вариант, на планете есть какая-то "третья сила". Разведчики могли нарваться именно на нее, — именно такое предположение высказал мой начальник разведки.
— Кем может тогда быть эта самая "третья сила"?
— Вариантов тьма: сатанисты, мафия, или какие-нибудь еще подпольщики. Больше ничего в голову не приходит, — только и смог предположить Игорь Севастьянович.
Такой оборот нам портил весь замысел. Хорошенько подумав, я не нашел ничего лучшего, как приказать Хюммелю, отправить еще парочку групп в поиск. Цель — понять, что случилось с первыми группами. А флотилии пока что предстояло действовать по измененному плану. Раз с нападением на планету возникли сложности, значит начнем перехватывать корабли противника на входе и выходе из системы. Долго они там отстаиваться не будут. Пират как и всякий разбойник, работает ради добычи. Надежда на добычу рано или поздно его погонит в путь. Ну а мы пока посидим в засаде. Правда, кое-что я все-таки поменяю.
— Хюммель, я думаю что тебе не стоит постоянно здесь находиться. С первой же оказией вернешься в Берложье и займешься своими обычными делами.
— Товарищ генерал, разрешите находиться здесь до конца операции! Ну не по человечески это будет, ребята пропали а их начальник сбежал…
— Тебе напомнить, что такое приказ?
Возразить мне Хюммель ничем не мог. Да и вряд ли я его стал слушать. Кроме Амбера, у него хватало и других дел. Он конечно особенно не расслаблялся, держал связь со своей службой, но это все не то. Начальнику разведки вредно сосредотачивать свое внимание только на одной из операций. Может упустить из виду те проблемы, что возникли в другом месте.
Похоже, что Игорь Севастьянович это понял и сам. Спросив разрешения покинуть пост управления, он пошел на выход. И тут мое ухо уловило пискнувший на планшете Хюммеля сигнал о приходе сообщения. Уже покидая помещение, он заглянул в планшет, секунд на пять замер, а потом повернулся ко мне лицом и доложил:
— Товарищ генерал! Четвертая группа докладывает о том, что произведена вся необходимая подготовка к производству диверсии. Просят назначить время "Ч"!
Так, а это уже лучше!
— Хюммель! Это точно твоя группа или кто-то ее изображает?
— Моя! Условный сигнал, что она работает под чьим-то контролем, присутствует. Но он сопровожден пометкой "дружественный контроль".
— Что сие значит?
— Нарвались они на кого-то крутого. Только этот тип решил что мы делаем нужное для него дело. Вот и разрешил "Четвертому" продолжать в том же духе.
— Игорь Севастьянович, я так понимаю, что от радости ты потерял последние мозги. Поэтому, пусть "Четвертый" выведет на связь с нами этого "кого-то". Я сам с ним поговорю. И второе — высадку поисковых групп не отменять. Понял?
— Так точно!
— Вот и чудесно!
