«О чем вы говорите? – спросил герой. – Упоминала ли она моего дедушку?» – «Он не говорит по-украински?» – спросила она. «Нет», – сказал я. «Откуда он?» – «Из Америки». – «Это в Польше?» Я не мог поверить, что она не знает про Америку, но должен сказать, что это сделало ее еще более красивой для меня. «Нет, это далеко. Он прилетел на самолете». – «На чем?» – «На самолете, – сказал я. – В небе». Я подвигал в воздухе рукой, как самолетом, и по случайности слегка двинул коробку с надписью ПЛОМБЫ, написанной наискось. Я воспроизвел звук самолета губами. Это сделало ее огорченной. «Больше не надо», – сказала она. «Что?» – «Пожалуйста», – сказала она. «От войны?» – спросил Дедушка. Она ничего не сказала. «Он приехал увидеть вас, – сказал я. – Он приехал из Америки ради вас». – «Я думала, это ты, – сказала она мне. – Я думала, ты ради меня приехал». Это повергло меня в смех, и Дедушку тоже. «Нет, – сказал я. – Это он». Я положил свою руку на голову героя. «Вот кто странствовал по миру, чтобы вас найти». Это снова побудило ее заплакать, чего я не хотел, но должен сказать, что это выглядело подобающе. «Ты приехал ради меня?» – спросила она героя. «Она хочет знать, ради нее ли ты приехал». – «Да, – сказал герой. – Скажи, что да». – «Да, – сказал я. – Это все ради вас». – «Почему?» – спросила она. «Почему?» – спросил я героя. «Потому что если бы не она, я бы не мог быть здесь, чтобы ее искать. Она сделала поиск возможным». – «Потому что вы его создали, – сказал я. – Укрыв его дедушку, вы позволили ему быть рожденным». Ее дыхание стало коротким. «Я бы хотел ей кое-что дать», – сказал герой. Он отрыл конверт из пидараски. «Скажи ей, что здесь деньги. Я знаю, что недостаточно. Достаточно быть не может. Это просто немного денег от моих родителей, чтобы облегчить ей жизнь. Отдай его ей». Я взял конверт под охрану. Его распирало. Там, должно быть, находилось много тысяч долларов. «Августина, – сказал Дедушка. – Ты бы возвратилась с нами? В Одессу?» Она не ответила. «Мы могли бы о тебе заботиться. У тебя здесь есть семья? Мы и семью могли бы взять к себе в дом. Это не жизнь, – сказал он, указывая пальцем на хаос. – Мы дадим тебе новую жизнь». Я сообщил герою, что сказал Дедушка. Я увидел, что на его глаза надвинулись слезы. «Августина, – сказал Дедушка, – мы можем тебя от всего этого спасти». Он снова указал пальцем на ее дом и указал пальцем на коробки: ВОЛОСЫ/КАРМАННЫЕ ЗЕРКАЛЬЦА, ПОЭЗИЯ/НОГТИ/ОВНЫ, ШАХМАТЫ/СУВЕНИРЫ/ЧЕРНАЯ МАГИЯ,ЗВЕЗДЫ/МУЗЫКАЛЬНЫЕ ШКАТУЛКИ, СОН/СОН/СОН, ЧУЛКИ/ЧАШИ ДЛЯ КАДДИША, ВОДА В КРОВЬ.
«Кто такая Августина?» – спросила она.
«Что?» – спросил я. «Кто такая Августина?» – «Августина?» – «Что она говорит?» – «Фотография, – сказал мне Дедушка. – Мы не знаем, что за надпись на обороте. Это может быть не ее имя». Я снова экспонировал ей фотографию. Это снова сделало ее плачущей. «Это ты, – сказал Дедушка, прикладывая палец к ее лицу внутри фотографии. – Вот. Ты эта девочка». Августина задвигала головой, чтобы сказать: нет, это не я, я не она. «Это очень состарившаяся фотография, – сказал мне Дедушка, – и она забыла». Но я уже взял под охрану сердца то, что Дедушка продолжал отторгать. Я возвратил валюту герою. «Ты знаешь этого человека», – сказал, а не осведомился, Дедушка и приложил палец к дедушке героя. «Да, – сказала она. – Это Сафран». – «Да, – сказал он, глядя на меня, потом глядя на нее. – Да. А рядом с ним ты». – «Нет, – сказала она. – Остальных я не знаю. Они не из Трахимброда». – «Ты спасла его». – «Нет, – сказала она. – Не спасла». – «Августина?» – спросил он. «Нет», – сказала она и совершила выход из-за стола. – «Ты спасла его», – сказал он. Она положила руку себе на лицо. «Она не Августина», – сообщил я герою. «Что?» – «Она не Августина». – «Я не понимаю». – «Да», – сказал Дедушка. «Нет», – сказала она. «Она не Августина, – сообщил я герою. – Я думал, что это была она, но это не она». – «Августина», – сказал Дедушка, но она была уже в другой комнате. «Она застенчивая, – сказал Дедушка. – Мы ее очень удивили». – «Возможно, нам следует пуститься в путь», – сказал я. «Мы никуда не двигаемся. Мы должны ей помочь, чтобы она вспомнила. После войны многие так емкотрудятся забыть, что больше не могут помнить». – «Это не та ситуация», – сказал я. «Что вы говорите?» – спросил герой. «Дедушка думает, что она Августина», – сообщил я ему. «Хотя она говорит, что нет?» – «Да», – сказал я. – «Это неблагоразумно с его стороны».
