Полночь в Малабар-хаусе полностью

Однажды Эмили сказала ей:

– Ты как ежик, Персис. Тебе на роду написано быть одиночкой.

Это замечание тогда ее расстроило, хотя Эмили и не имела в виду ничего дурного.

К их столику с топотом приблизился официант, размахивая гигантским меню.

– Почему бы вам не выбрать за меня? – предложил Блэкфинч.

Персис заказала дхансак из баранины и фирменное блюдо – плов с курицей и ягодами.

Блэкфинч спросил ее о расследовании, и Персис быстро ввела его в курс дела.

– Вы добились немалого прогресса, – заметил он.

– Но не такого, как можно было бы надеяться. Я все еще не имею внятного мотива для убийства.

Она заметила, что другие посетители ресторана лукаво посматривают в их сторону и тут же отводят взгляды, стоит ей повернуться к ним. На мгновение она задумалась, не поступила ли слишком опрометчиво. Община парсов невелика, и сплетни в ней передаются из уст в уста со скоростью света. Одному богу известно, что бы на это сказала тетя Нусси. Какой бы космополиткой ни считала себя ее тетушка, в душе она была традиционалисткой. Но для Персис было бы просто немыслимо встречаться за этим с англичанином. Да она ничего такого и не хотела. А что до ее отца…

– Давайте подытожим, – предложил тот самый англичанин и принялся загибать пальцы.

«Какие у него красивые руки, – подумала Персис, – как у пианиста». Впрочем, она тут же рассердилась сама на себя и выкинула эту случайную мысль из головы.

– Итак, что мы уже знаем? Первое: Хэрриота убили где-то между полуночью и часом ночи. Тело было обнаружено в час десять. Второе: его убили ножом с изогнутым лезвием. И его, насколько мы можем определить, в доме уже нет. Третье: его убил один из шестидесяти семи человек, присутствовавших на празднике. Четвертое: я не нашел в его кабинете отпечатков пальцев, которые не принадлежали бы Хэрриоту или его прислуге. Это значит, что убийца либо был невероятно осторожен, либо надел перчатки. Что вполне вероятно, учитывая, что бал был костюмированный, – добавил Блэкфинч и улыбнулся. – Пятое: он вел расследование государственной важности и оно касалось преступлений, совершенных во время Раздела. Шестое: возможно, из его сейфа что-то забрали. Мы можем только догадываться, что это было. Какие-нибудь ценные вещи или документы, касающиеся его расследования, и эти документы, вероятно, впоследствии были уничтожены.

Тут он прервал свою речь и стал следить взглядом за мухой, присевшей на край его стакана.

– Седьмое, – продолжила Персис, – мы знаем, что в тот вечер он встретился с человеком по имени Вишал Мистри и этого имени не было в официальном списке приглашенных.

– Ах да, – казалось, он был раздосадован тем, что что-то упустил. – Кстати, кто он?

– Еще не знаю. Мы пока только пытаемся это выяснить. Восьмое: в тот вечер Лал и Хэрриот поссорились. Девятое: я обнаружила несколько обычных с виду вещей, которые меня беспокоят.

– Например?

Она рассказала ему про корешок билета и про записку. Затем достала блокнот и показала Блэкфинчу имя «Бакши», а также загадочный набор символов «УЧК41/85АКРЖ11».

– Боюсь, мне это ни о чем не говорит, – сказал он, изучив ее заметки. – А почему вы думаете, что это как-то связано со смертью Хэрриота?

– Просто меня раздражает неизвестность.

Он улыбнулся.

– В этом мы с вами похожи.

– И есть еще кое-что. Пункт десять… – она сделала паузу.

– Да?

– В ночь смерти Хэрриота вы взяли из его кабинета носовой платок.

Блэкфинч отложил вилку.

– Да, я как раз собирался к этому перейти.

Он откашлялся, и на его щеках проступил легкий румянец.

«Интересно, – подумала Персис, – сколько ему лет». Она подозревала, что из-за отсутствия морщин на лице он выглядит моложе, чем на самом деле.

– Я кое-что нашел на носовом платке и забрал его для проверки.

– Но вы уже узнали, что это?

– Да, – начал он и осекся.

– И?

Он отвел глаза.

– Боюсь, это не лучшее место, чтобы…

– Господи, да выкладывайте уже!

Блэкфинч решился.

– Ну хорошо. На платке были следы… – он замялся в поисках нужного слова. – Мужских выделений.

– Иначе говоря, спермы? – уточнила Персис. – Если вы имеете в виду сперму, то почему бы так прямо и не сказать: «Сперма?»

Тут она поняла, что произнесла это слишком громко и что другие посетители ресторана косятся в ее сторону. Официант, вернувшийся с десертным меню, таращился на них с Блэкфинчем с открытым ртом.

– Послушайте, – процедила Персис сквозь зубы. – Я ценю, что вы оказываете посильную помощь в расследовании, но если вы в следующий раз опять заберете улики с места преступления и не станете объяснять, что именно собираетесь с ними делать, не ждите такого же понимания.

Блэкфинч напрягся, а затем кивнул.

– Звучит справедливо.

Они продолжили трапезу.

Официант положил меню, принял их заказы и поспешно удалился.

– Эти выделения, – продолжила Персис, – я полагаю, означают, что в ту ночь Хэрриот был с женщиной?

– Да, – слабо выдавил Блэкфинч. – Мои анализы с использованием кислого фосфата выявили вагинальную секрецию наряду со… спермой Хэрриота.