С Вишалом Мистри пока тоже не все было ясно. Ювелир посетил Хэрриота в ночь его убийства, а сейчас куда-то пропал. Но зачем Мистри приходил к Хэрриоту?
И наконец, Хэрриот расследовал преступления, совершенные во время Раздела. Не был ли пепел, найденный в его доме, тем, что осталось от уничтоженных документов с информацией об этом расследовании? И если это так, то кто их сжег?
Персис уже ни в чем не была уверена, ее била дрожь, а самое главное – не находилось ни одной зацепки, которая могла бы надежно опровергнуть утвержденную версию смерти сэра Джеймса. А именно: что Маан Сингх, слуга англичанина, убил своего работодателя. Теперь Сингха ждал смертный приговор, повешение и место в истории в виде примечания о великой националистической борьбе.
Персис знала, что должна поговорить с Лалом, и звонила ему все утро, но он так и не взял трубку.
Затем она провела час, перечитывая в тишине свои записи. Но ничего нового ей в голову так и не пришло.
Прибыл курьер с письмом от начальника станции вокзала «Виктория». В письме говорилось, что корешок билета, который она нашла в куртке сэра Джеймса, предназначался для поездки по железной дороге из Бомбея в Пандиалу – маленький городок в штате Пенджаб. Поезд отправлялся из Бомбея 24 декабря и возвращался 28 декабря. Путешествие в Пенджаб из Бомбея занимало целый день. Получалось, что Хэрриот прибыл в Пенджаб 25 декабря и сел на обратный поезд только 27-го. Что же он там делал целых два дня?
Персис открыла свой ящик и вытащила еще несколько бумаг, которые принесла из дома. Просмотрев их, она выбрала те, что относились к Пенджабу, и заперла все остальные. Затем она отправилась в комнату для допросов и закрыла за собой дверь на ключ.
Дойдя до девятого документа, она почувствовала, что ее пульс участился.
Отчет был обрывочным, и жизненно важные детали в нем отсутствовали. Свидетель, оставшийся безымянным, не вдавался в подробности о местоположении, сказав только, что все случилось в деревне недалеко от Пандиалы. По словам свидетеля, местный феодальный землевладелец из мусульман – заминдар – вместе со всей семьей был хладнокровно убит во время беспорядков, начавшихся после Раздела. Имена убийц не назывались, их обозначили просто как «местных жителей». Семья состояла из пятнадцати человек – сам заминдар, его жена, сыновья, невестки, внуки и двое слуг, – и все они погибли в пожаре, уничтожившем их родовое гнездо. Власти назвали пожар несчастным случаем, свидетель настаивал, что это было убийство и что мотивом для него было ограбление. Вместе с убийцами бесследно исчезли и фамильные драгоценности землевладельца стоимостью в целое состояние. Сокровища, которые предположительно похитили у жертвы, свидетель описывал уже куда более подробно. Взгляд Персис зацепился за описание одного из них – ожерелья.
Где-то она что-то такое уже видела. Но что и где, вспомнить не смогла.
Почему же сэр Джеймс так заинтересовался этим делом? Вполне вероятно, что он ездил в Пандиалу, именно чтобы разобраться в этом вопросе. И не было ли это как-то связано с его смертью? Или просто она уж слишком все усложняла?
Вздохнув, Персис вернулась к своему столу и заперла в нем документы.
Вошел, жуя сэндвич, младший инспектор Прадип Бирла, и Персис оттащила его в сторону.
– У меня для вас новое задание, – она быстро выложила все, что узнала про Мадана Лала, Маана Сингха и миссис Гупту. – Я хочу, чтобы вы больше выяснили про Гупту.
– Почему?
– Потому что я не хочу, чтобы вы сейчас сталкивались с Лалом, а Маан Сингх молчит.
– Я имею в виду: почему ты продолжаешь это дело? У нас уже есть убийца.
Персис заколебалась, но все-таки объяснила свои сомнения. Никто другой, вероятно, сейчас не стал бы ее слушать.
Бирла отложил свой сэндвич.
– Этот человек сознался.
– Вот и остальные мне тоже так говорят.
Мгновение Бирла разглядывал ее, но потом, похоже, смирился.
– С чего мне начать? Я имею в виду, с Гуптой.
– Гупта сказала, что у нее есть сын и он учится в школе-пансионе в Панвеле. Посмотрите, не удастся ли его разыскать.
– А что именно мне искать?
Персис замялась: не высказать ли ей подозрение, которое росло с тех пор, как она встретила Эдмонда де Фриза?
– У Хэрриота не было совести. Он использовал женщин. Зачем такому человеку оплачивать обучение сына своей экономки в дорогом пансионе?
Бирла вскочил на ноги.
– Думаешь, это его сын?
– Была у меня такая мысль. Кстати, – добавила она, помолчав немного, – вы ничего не выяснили про Ади Шанкара?
– Выяснять там особо нечего. Я посетил агентство, которое выступило посредником при продаже клуба «Гульмохар». Шанкар приобрел это место безо всяких хитрых схем, все честь по чести. Я заехал к нему домой, прижал к стенке его водителя и задал ему пару вопросов. Семьи у Шанкара в Бомбее нет, так что он просто наслаждается светской жизнью и сорит деньгами направо и налево. Имеет хорошие связи, всеобщий любимец, одинаково добр к людям и животным. В общем, очередной богатый бомбейский светский львенок, у которого слишком много свободного времени.
– А с лидером джаз-бенда, который играл на балу Хэрриота, вы связались?
