— Если я не верю в оборотней на Гаити, это не значит, что здесь не скрывается нечто такое, с чем я не желаю встречаться и уж тем более играть в догонялки.
— Это не догонялки, а преследование.
— Какая разница?
— Догонялки подразумевают бег, а преследовать можно неспешно. — Я потянула Мерфи за собой, но он все равно упирался. — Слушай, нам надо идти. Отступать некуда, позади нас тупик.
— Если только водопад не вернулся на место. — Казалось, именно об этом Мерфи и мечтал.
— Хочешь ухлопать уйму времени на проверку этой теории?
— Нет, — пробурчал Мерфи. — Лучше уж сразиться с неведомым чудищем, чем торчать в темной клетушке до скончания века.
— Ну разве ты не весельчак?
— Он самый. Мистер Хохотунчик к вашим услугам.
Все еще улыбаясь и больше не злясь на него за британский акцент, я повернулась и увидела свет в конце туннеля. В буквальном смысле.
И опять припустила рысцой.
— Ну вот, догонялки! Мы так не договаривались, — громко возмутился Мерфи, однако тоже перешел на бег.
Я выскочила из пещеры и оказалась на затененной ущербной луной поляне. Влажный жар хлестнул в лицо, огорошив после долгой темноты и прохлады. Меня окутал запах зелени и цветов. В лунном свете кусты и деревья блестели, излучая легкое сияние, а цветы переливались тусклыми и вместе с тем яркими красками.
По эту сторону пещеры простирались густые влажные джунгли. Ничего подобного я прежде не видела. «Куда мы попали?» — с тревогой подумала я.
В отличие от Мерфи я верила в магию — белую, черную и всех промежуточных оттенков. Так уж вышло. И если магия существовала, нас могло занести куда угодно.
Подоспевший Мерфи удивленно хмыкнул, подтвердив, что не хуже меня оценил перемены.
Шорох заставил меня приглядеться к густому подлеску и медленно вытащить нож из ножен. Мерфи с тихим шуршанием потянулся к ружью. Оставалось надеяться, что оно не испортилось, побывав в водопаде. И хотя заряд был свинцовым, Мерфи мог бы задержать это существо, дав мне шанс пустить в ход серебряное лезвие, пока нам обоим не вырвали глотки.
Из зарослей вышел человек. Надо отдать Мерфи должное — он не убрал ружье. Быть может, начал усваивать уроки.
Несколько минут назад в пещере выло мохнатое чудище. В моем мире это чудище вполне могло сейчас стоять перед нами в человеческом обличье.
Человек был высокий, очень худой, темнокожий, светлоглазый и одетый в одни лишь старые просторные штаны защитного цвета. Из-за жары ли, бедности или необходимости быстро набросить на себя что-нибудь после перехода от одной формы в другую?
— Ki jan ou ye? — поприветствовал Мерфи новоприбывшего так, как это принято на Гаити. «Как поживаете?»
— M'pa pi mal, — последовал столь же традиционный ответ. «Могло быть и хуже». В стране, где бедность воспринималась как данность, «могло быть и хуже» было вполне хорошим вариантом ответа.
Голос у незнакомца был сильный и чистый. Не такой, как у зомби. Во всяком случае, не такой, как у типичных зомби, умеющих лишь бормотать и мямлить. Вот и хорошо.
Или плохо. Ведь в таком случае он мог оказаться…
Я вышла вперед и, прежде чем он успел что-либо понять, прижала серебряный нож к его голой руке.
Мужчина и глазом не моргнул, что само по себе было странно. Разве подобная выходка не смутила бы обычного человека? Как того же Мерфи, к примеру, который недовольно напрягся, однако не отвел ружье. Если этот незнакомец не шаркает как зомби и не рычит как оборотень, это не значит, что он не опасен.
— Прошу прощения. — Я дала задний ход. — Вы видели животное?
Человек как-то по-собачьи наклонил голову:
— Животное?
По крайней мере он говорил по-английски.
— Примерно такой высоты. — Я приставила руку к своей талии. — Собаку? Койота? Волка?
Гаитянин расплылся в улыбке, слегка снисходительной, но все же приятной, пусть даже немного беззубой.
— Здесь нет ни волков, ни койотов.
— Где это здесь?
Последовала краткая пауза.
— На Гаити.
На этот счет у меня имелись сомнения.
— Вдруг кто-то завел большую собаку?
— Нет, жрица.
Я моргнула и поглядела на Мерфи, но тот лишь пожал плечами.
— Откуда вы знаете, кто я? — Мужчина развернулся, ничего не ответив. — Куда вы?
— Хотите увидеть бокора, идите за мной, — остановился он.
— Хорошо.
Мерфи схватил меня за локоть:
— Ты готова идти в джунгли с чужаком?
— Ну с тобой же я пошла.
— Я другое дело.
— Неужели? С чего бы?
— По-моему, это неправильно, — нахмурился он.
— А по-моему, нет. — Я дернула руку, но Мерфи сжал ее крепче. — Что еще мне остается, Мерфи? Блуждать в этой чертовой глухомани и выкрикивать имя Мезаро?
— Ты вроде бы остерегалась называть его имя?
— Полагаю, он знает, что мы здесь.
— Полагаю, он знал это с самого начала.
— Я иду.
Мерфи отпустил меня и посмотрел через мое плечо на незнакомца, прищурив глаза и играя желваками. Я обнаружила, что нервничаю при мысли о том, что отправлюсь в эти новые дремучие джунгли без Мерфи. Неприятное чувство.
— Ладно, — сказал он. — Идем.
Я радостно выдохнула, и мы вместе двинулись вслед за нашим новым спутником в лес.
— Думаешь, этот парень оборотень? — спросил Мерфи.
