Мерфи застонал, и я над ним сжалилась, сначала проведя по члену пальцем, затем взяв его в ладонь — медленно и нежно, а потом быстрее и сильнее, — затем заменила руку ртом, наслаждаясь вкусом и запахом силы, власти и жара.
Внезапно я оказалась на спине, а Мерфи — сверху. Одним мощным толчком он вошел в меня, и я выгнулась ему навстречу. Мне хотелось, чтобы он вел себя грубо и требовательно. Не могла позволить себе думать о чем-то ином. Мерфи поднял мои ноги, я обхватила коленями его бедра, и он заработал ими в ритме, напомнившем мне барабанный бой в глубине джунглей.
Я постаралась отринуть это воспоминание и сосредоточиться на происходящем, а поэтому обняла Мерфи за шею и притянула к себе.
Мне хотелось навеки оставить на нем метку. Глупость, конечно — он не из тех, с кем можно провести всю жизнь. Но это был мой сон, и я могла потворствовать своим желаниями, поэтому уткнулась в его шею, пока он погружался в меня снова и снова.
Мои зубы царапнули по пульсирующей жилке над его ключицей. Я зажала губами его кожу и ощутила вкус жизни, соли и мужчины. Я слышала, как течет по вене его кровь и всего на мгновение захотела попробовать на вкус и ее.
Мерфи замер внутри меня. Началась разрядка — его или моя, я не была уверена, да это и не имело значения, потому что внезапно мы кончили одновременно.
В лучшем из возможных состояний, переживая ярчайший оргазм, я забыла о луне и леопарде, но, как ни странно, по-прежнему хотела крови.
Солнце согрело мое лицо. Я потянулась, удивляясь, что все тело болит. Прошедшая ночь была вереницей снов.
Я открыла глаза и посмотрела прямо на Мерфи.
— Ой! — взвизгнула я и откатилась. Поняв, что обнажена, я сдернула с него одеяло и укрылась.
— Да что за черт? — рявкнул Мерфи. — Ты можешь делать мне крышесносный минет, я могу затрахать тебя до оргазма, но мне нельзя видеть тебя голой?
— Это… это был сон.
— Да ладно? А это тогда что такое? — Он приподнял волосы, показав мне засос на шее.
Теперь, понимая, что все было взаправду, я нашла объяснение ломоте в костях. Секс с Мерфи мне не приснился, а случился на самом деле.
Я застонала и прикрыла лицо руками.
— Полагаю, ты вряд ли позаимствовал презерватив у дружелюбного местного.
— Местные вели себя совсем не дружелюбно, — вздохнул Мерфи. — По крайней мере не со мной.
Я подняла голову. Нужно беспокоиться не о пробуждении в постели Мерфи — это малейшее из зол. Ночью мне снился не только этот сон, и если этот оказался явью, то…
— Как я сюда попала?
— Без понятия. После кровопускания, — он поднял руку и продемонстрировал мне грязную повязку, — у меня кружилась голова.
— Прости.
— Я выжил. Хотя с Мезаро под боком не могу сказать, сколько еще протяну. Я вырубился, а следующее, что помню — обнаженную тебя в моих объятиях. Так как я парень, жаловаться не стал.
— Да и остановиться тоже не мог, наверное.
— Мне сначала тоже показалось, что это сон, но потом я проснулся. — Он провел рукой по волосам, и на большом пальце блеснуло серебряное кольцо. — От очень крепкого сна.
Зелье или потеря крови, так или иначе мы оба были не в себе. И повели себя глупо, пусть и не совсем по своей воле. Непонятно было одно: почему наше совместное проживание внезапно стало нормальным.
Увидев в углу свой рюкзак, я бросилась к нему и с радостью обнаружила смену одежды. Там же обнаружились остатки сонного порошка, выявитель зомби и нож — и почему это никто не испугался острого серебряного лезвия? Тем не менее подозрительно, что отсутствовала соль.
Я оделась, сунула выявитель зомби в карман джинсов — никогда не угадаешь, а вдруг он понадобится — и пристегнула ножны к поясу. В своей одежде и с любимым оружием я чувствовала себя намного лучше.
— Что Мезаро сказал тебе обо мне? — Мерфи тоже оделся, но сидел на корточках в углу, что было совсем на него не похоже. С каких пор его волнует чужое мнение?
— Что ты вор и уже довольно давно.
— Ха, — пробормотал Мерфи. — Бокор не соврал.
— Я думала, ты строитель.
— Так и есть. — Он поднял на меня взгляд. — Но я воровал в детстве, после ухода из дома. Иногда не было другого выбора.
Я словно воочию увидела его подростком — юным, брошенным, голодным. Воровство объяснимо. Тогда.
— У меня неплохо получалось.
Казалось, что у него хорошо выходит все, за что он берется. Мне повезло.
— Мог бы стать профи.
— И я должна поверить, что ты им не стал?
— Я зарабатывал на жизнь трудом. Серьезно, — добавил Мерфи, когда я недоверчиво приподняла брови. — Взгляни на мои руки.
Я чувствовала их на своем теле. Он определенно ими не только ласкал женщин.
— Я приехал на Гаити и до меня дошли слухи о бриллианте.
— Мне казалось, отсюда никто не возвращался?
— Кому-то удалось, иначе слухи бы не пошли.
Верное замечание.
— Поэтому, закончив работу, ты остался.
Он пожал плечом.
— Решил, что… в последний раз. И мне больше никогда не придется думать о деньгах. Я никогда не проснусь среди ночи с мыслью, что я снова на улице и кто-то хочет меня убить. Я больше никогда не буду голодать. Да и что плохого в том, чтобы обокрасть злого колдуна?
— Кража есть кража, Мерфи, — тихо сказала я. — Ты же сам понимаешь.
