Глубоко вздохнув, Чонси ударила лошадь пятками по бокам и помчалась к лесу. Позади нее послышался громкий женский голос. Ей показалось, что это изо всех сил кричит Крикет. Чонси обернулась и увидела, что Тамба целится в нее из винтовки. Не успела она пригнуться к голове лошади, как ее плечо пронзила резкая боль. «Боже мой, — пронеслось в ее голове, — эта ведьма подстрелила меня!»
Снова послышался крик. Чонси с трудом повернула голову и увидела, что Тамба снова целится в нее, а к ней бежит Крикет. Прогремел выстрел.
Пуля просвистела над ее головой, Чонси пригнулась к лошади и поскакала к лесу, не оборачиваясь больше ни на секунду. Странно, плечо у нее не болело, ее только знобило.
«Ну, что теперь, отважная мисс?» — спросила она себя. Позади был лагерь индейцев, а впереди — река Мэрисвиль. Чонси опустила уздечку, позволяя лошади самостоятельно выбирать дорогу. Не было никаких сомнений в том, что Чатка немедленно последует за ней.
Чонси с трудом выпрямилась и посмотрела назад. Никого. Ни души. Вся ее блузка пропиталась кровью, она даже стекала по груди. Она остановила лошадь, оторвала от юбки полосу ткани и перевязала рану, удивившись, что не чувствует никакой боли.
Чонси снова направилась вперед, опасаясь, что Чатка непременно догонит ее по следу.
Река! Вот что может ее спасти! Река смоет все следы и помешает дикарю найти ее. Она повернула лошадь к берегу и поехала по мелкой воде.
Небо потемнело, а воздух стал намного прохладнее.
Прошло несколько часов. Чонси медленно ехала туда, где, по ее расчетам, должен быть лагерь шахтеров. За все это время она ни разу не слезла с лошади, так как прекрасно понимала, что уже не сможет взобраться на нее.
Внезапно небо прорвалось и на землю полил дождь как из ведра. Он был холодный и такой плотный, что Чонси ничего не видела перед собой. Теперь-то этот вонючий дикарь точно не найдет ее.
Через несколько минут она промокла до нитки и дрожала от холода. Плечо стало нестерпимо гореть, и она стиснула зубы, чтобы не застонать.
Чонси повернула лошадь в лес, надеясь укрыться под густыми ветками деревьев. Где же эти золотоискатели, черт возьми? Ведь когда она ехала с Делани, их было здесь полным-полно. И где же женщины, у которых Чатка выменял одежду?
Изнемогая от усталости, она опустила голову и закрыла глаза. Крупные капли дождя медленно скатывались по ее лицу. Она прижалась щекой к теплой шее лошади, вспомнив ласковый огонь костра, теплое одеяло и полное нежности лицо Делани. Затем ее окружила полная темнота.
Чонси охватило странное чувство, но она не могла понять, что происходит. Кажется, она перестала продвигаться вперед! Она собрала все свои силы и открыла глаза. Долорес остановилась в каких-то густых зарослях и, по всей видимости, не собиралась идти дальше.
— Долорес, пожалуйста, не останавливайся, — прошептала сквозь зубы Чонси и застонала от острой боли в плече. — Мы должны идти вперед! Должны! Понимаешь? — Ее голос показался ей странным и каким-то чужим.
Только сейчас Чонси сообразила, что почти ничего не видит вокруг себя. Нет, это не обморок. Просто уже смеркается. Дождь уже давно прекратился, но воздух был тяжелым и пропитанным липкой влагой. В эту минуту она со всей отчетливостью поняла, что погибнет в этом жутком лесу, если останется здесь на всю ночь. Собрав последние силы, она выпрямилась и заорала что есть мочи:
— Делани!
Над головой послышалось хлопанье крыльев потревоженных птиц, и больше ничего!
— Делани, где ты?!
Невдалеке послышался одиночный выстрел, заставивший ее вздрогнуть. Чатка!
— Нет! — простонала она и попыталась как можно сильнее ударить лошадь пятками по бокам, но сил на это у нее уже не хватило. В любой момент из-за деревьев может выскочить Чатка и забрать ее в свою грязную лачугу. Нет, уж лучше умереть здесь.
Чонси прильнула к шее своей лошади, тихо заплакала, а потом медленно сползла на поросшую мхом землю. Лошадь насторожилась, повернула морду в сторону и громко заржала. Вскоре послышались тяжелые шаги приближающегося к ним человека. Чонси лежала на спине, тупо уставившись на верхушки деревьев. Она решила, что ни за что на свете не вернется к этому вонючему типу. Пусть делает с ней, что хочет. Но как же она воспрепятствует ему, если у нее нет сил? Боль в плече усиливалась с каждой минутой, становясь невыносимой.
Она повернулась на бок и громко застонала.
— Чонси! Боже милостивый!
Ей показалось, что рядом прозвучал голос ее мужа. Это был явный признак того, что она умирает.
— Я не хочу умирать, — слабо прохрипела Чонси, увидев над собой чей-то темный силуэт.
— Боже мой! Дорогая!
Она резко дернулась и напрягла зрение, чтобы разглядеть стоявшего перед ней человека.
— Дел?
— Да, Чонси. Да, милая, это я. Ты в полной безопасности. Я с тобой.
— Не может быть! Как ты здесь оказался? — Она задала этот вопрос, совершенно не надеясь получить ответ. — Я умираю. Я очень хочу, чтобы ты был рядом, но это невозможно.
— Возможно, любимая. Я действительно с тобой. Не волнуйся.
