От сверкающих скал шли волны тепла, солнце беспощадно палило узкую тропу. Тени попрятались в расщелинах, скукожившись в ожидании сумерек, точно летучие мыши. Сэрен Педак остановилась подождать Бурука. Опустила наземь поклажу, потянула пропитанную потом стеганую подкладку под доспехами. Материал отлепился от спины. На Сэрен не было и половины обычного обмундирования, остальное убрано в узел, но даже и это малое после утомительного восхождения к перевалу немилосердно сковывало движения.
Из-за гребня в двадцати шагах за спиной не доносилось ни звука. Она уже решила проверить, как там ее подопечный, когда слух уловил неясную брань. Бурук из последних сил карабкался по склону.
Бедолага.
Всю дорогу их преследовали призраки. От этих созданий даже воздух казался неспокойным, точно заряженным. Спать было невозможно – мешал постоянный то ли шепот, то ли шелест. Тени, улавливаемые краем глаза, накалили и вымотали нервы до предела.
Секунду Сэрен сердито смотрела на полуденное солнце, затем отерла со лба пот и песок и пошла по тропе. Через какую-то тысячу шагов – граница. День на то, чтобы спуститься к реке. Без обоза они наймут лодку и доберутся в Трейт. Еще день.
Сэрен обернулась. Бурук выбрался на плоский участок тропы. Весь в пыли и поту, лицо и шея пунцовые.
– Передохнём здесь.
Он закашлялся и сердито фыркнул:
– Зачем?
– Нам нужен отдых.
– Тебе – нет. А за других не говори! Я в порядке, аквитор. Веди меня к реке.
В ее поклаже были их вещи и запас еды. Торговец нес только палку, которую Сэрен выстругала из молодого деревца. Добротная некогда одежда превратилась в лохмотья, чулки были изорваны об острые камни. Он сгорбленно стоял перед ней, опираясь на посох и тяжело дыша.
– Я намерена отдохнуть, – повторила она после небольшой паузы, – а ты как знаешь.
– Терпеть не могу, когда на меня пялятся! – неожиданно выкрикнул Бурук. – Смотрят и смотрят! Проклятая тень! Сыт по горло! – С этими словами он проковылял мимо.
Сэрен вскинула узел на плечо. В одном она была с Буруком полностью согласна: чем скорее закончится это путешествие, тем лучше.
Через десяток шагов она его догнала, потом оставила позади.
Когда Сэрен добралась до просеки, где проходила установленная сто лет назад граница, Бурука Бледного снова не было слышно. Она остановилась, сбросила ношу и приблизилась к отвесной гладкой стене, вспоминая, когда в последний раз касалась этой странной и на удивление приятной черной поверхности.
Есть загадки, которые остаются непознанными, а другие постепенно проясняются – благодаря злой судьбе или коварному плану – и раскрывают омерзительные секреты.
Она коснулась руками теплого блестящего камня и ощутила, как тело наполняют силы. Перед взором бежал нескончаемый поток фигур, не обращавших на нее никакого внимания.
Шепот. Язык, похожий на тисте эдур. Она прислушалась…
