Демон кенрилл’а был выше конного тисте эдур, черты лица – черного, как точеный базальт, – резче, чем у Сирени. Торчавшие изо рта верхние и нижние резцы отсвечивали серебром. Подбитый мехом ошейник, покрытый коркой соли и потемневший от патины жилет из медной чешуи и тяжелый кожаный пояс с огромным тальваром в ножнах. Серые лосины из тонкой кожи. Второй демон рядом отличался лишь выбором оружия. Двумя руками в перчатках он сжимал массивный чекан.
Второй кенрилл’а осклабился.
– Пахнет едой.
– Мозгом из раздробленных костей, – подхватил первый демон.
Смрад, о котором они говорили, исходил от гниющих трупов. Всадники выехали на край поляны, за которой маячил палисад Броуса. На лугу виднелись могильники и образовавшийся после раскопок ров. Вокруг – ни души.
– Братья, – призвал император, – спешимся и приготовим оружие.
Трулл легко соскочил с лошади.
– К’риснан, ты что-нибудь чувствуешь?
Лицо молодого воеводы арапаев исказила гримаса отвращения. Он кивнул.
– Там, в городе. Оно уже знает, что мы здесь.
Рулад взялся за рукоять меча обеими руками и поднял его в положение для отражения удара.
– Удинаас, остаешься с лошадьми. Фир, стой слева от меня. Трулл – справа. К’риснан, отойди назад на пять шагов. Демоны, занять места на флангах.
– Можно сначала подкрепиться?
– И пописать. Я хочу пи-пи.
– Об этом следовало подумать до отъезда, – огрызнулся первый демон.
– А ты чего не поел? Лошадей лишних у нас завались.
– Тихо, вы оба! – прошипел император. – Только вас и слышно всю дорогу. Молчать, иначе прибью.
– Ну и глупо, – ответил второй кенрилл’а. – Я чую не только еду. Там есть кто-то живой, и он мне не нравится.
– Я ощущаю его вкус, – подхватил второй демон. – От него тянет блевать.
– Хватит!
– Извиняюсь за младшего братика.
– А я – за старшего.
Группа пересекла поляну. У края рва они увидели первых мертвецов. Кто-то сбросил изувеченные тела на дно глубокого раскопа, как в братскую могилу. Мертвая плоть потемнела и вздулась, вокруг гудели мухи.
Воины обошли вокруг ямы и приблизились к околице. На земле лежали опрокинутые могучей силой ворота, тяжелая обшивка разбита в щепы. Где-то в городе тявкала собака.
По другую сторону городской стены землю усеивали десятки трупов. Двери всех домов, насколько хватало глаз, были выбиты. Справа две лошади маялись в узде у перевернутой повозки. От усталости и давления хомута одна из них неуклюже присела задом на землю. Трулл, поколебавшись, двинулся к ним, на ходу доставая нож. Остальные задержались, наблюдая, как он перерезает сбрую, выпуская животных на свободу. Обе коняги уже не могли скакать и лишь медленно поплелись прочь на дрожащих ногах.
Трулл вернулся и занял место рядом с Руладом.
– Сюда идет, – объявил первый демон.
В конце главной улицы показалась стая шныряющих между постройками скворцов. Казалось, что навстречу тисте эдур и кенрилл’а катится кипящая черная масса. В самом ее центре, переливаясь всеми красками спектра, шагала высокая фигура. Кожа белая, ядовито-желтые волосы свисали с черепа, как веревки. Существо облачилось в кожаную амуницию, покрытую морщинами и черными пятнами гнили. У него были странные руки и ноги.
– Похоже, безоружно! – воскликнул Фир.
– И все же это его рук дело, – громким шепотом произнес сзади к’риснан.
Скворцы взмыли вверх, до уровня крыш. Фигура остановилась в десяти шагах.
– Вы с миром, – сказала она на летерийском наречии, – не так ли?
– Я – император Рулад из племени тисте эдур. Кто или что ты, незнакомец?
– Я – форкрул ассейл. По прозвищу Безмятежный.
– Выходит, ты демон?
– Демон?
– Здесь не твой мир.
– Не мой?
Рулад полуобернулся.
– К’риснан, изгони его.
– Не могу, император.
– Твое присутствие шумно и несет разлад, – произнес Безмятежный.
Наблюдая за движениями форкрула ассейла, Трулл понял, что в руках и ногах существа имеются лишние суставы, а поперек грудины вделано что-то, напоминающее верею. Казалось, фигура вот-вот рассыплется.
– Разлад? – переспросил император.
– Еще раз: я желаю мира.
– Если тебе и вправду нужен мир, Безмятежный, достаточно повернуться и уйти.
– Если уйду от вас, приду к другим. Нельзя отступать перед разладом, он устремится вслед за мной. Мир нужно утверждать там, где ты есть. Он наступит сам, если прекратить разлад.
С этими словами форкрул ассейл сделал шаг вперед.
– Берегись! – прорычал один из демонов.
Безмятежный придвинулся еще ближе, стая скворцов шрапнелью взметнулась в небо.
Трулл ударил существо древком копья. Рука Безмятежного перехватила его; неожиданный поворот сустава, и черное дерево, сначала треснув, сломалось, обнажив по всей линии надлома багровую сердцевину. Удивляться не оставалось времени. Безмятежный выбросил вперед левую руку и двумя пальцами коснулся виска Трулла.
Воин успел сместиться в сторону, однако толчок чуть не оторвал ему голову. Стой он на ногах потверже, попытайся сопротивляться, сломалась бы шея. Но пригнувшись и опустив плечо, Трулл лишь потерял равновесие и полетел на землю.
