Если отправляешься в единственно правильный поход за положительными эмоциями — рюкзак твой легок, обувь спасает от любой сырости и непогоды и практически вовсе не чувствуется на ноге… И путь сколько бы не долог, но все равно приятен, и попутчиков с собой специально звать не нужно — позитиву все подвластно. У нас тут так… А как у вас? А у нас все то же. Были тут осадки, но это временное явление. И мы сегодня плюнем на то, что нет ничего более постоянного, чем временное, и продолжим наши с вами заплывы в прошлое, спурты в будущее, всякие там прыжки в стороны и прочие занятия для тех, кому, собственно, делать нечего. Только вот, эдак, сигаретку в зубы, и по-спортивному так — вперед! Вдох-выдох… Вдох-выдох… Мы сладко затягиваемся сигареткой, в промежутках между затяжками дышим еще какой-нибудь гадостью, — значит, мы все-таки существуем! А это уже, господа, ох, как немаловажно на сегодняшний слякотный, но, стоит отметить, хор-р-роший, все же, день. Препятствия. А как же без препятствий? Вам что мешает? Преодолевали? Хотя бы, пробовали преодолевать? Ну, вы хоть попробуйте, потом обсудим. Вы ж понимаете, препятствий не миновать через остановку деятельности, через них надо таки прыгать! Чемпионы мои! Лучший из самых наилучших способов ухода от препятствий — их преодоление, это я вам как бывший патологоанатом глаза настоятельно рекомендую! Помогите девушке, у нее какие-то проблемы. Укажите ей хотя бы направление движения, потому что, я смотрю, она вообще не в курсе, в какую сторону нужно бежать. Беда прямо с этими феминистками, понабравшимися из книг красивых фраз, подсмотревшими из фильмов элегантных телодвижений… Дайте ей шест, что ли, должен же быть у человека хоть какой-то стержень, помимо традиционного позвоночника. Освободите трассу для атлета! Это он только с виду атлет, а сущность-то у него подгнившая, внутри-то он — трус… Казалось бы, чего может бояться человек со столь слаженным телом и красивым обликом? А вы всмотритесь — он бежит и боится, боится первым не прийти… Так что, вы его пропустите, пущай его финиширует, а то, неровен час, помрет, красавчик, с испугу-то!.. Бабка! Ты-то куда опаздываешь? Тормози, давай, реактивная моя, ты и так уже кругом опоздала. Ах, ты вместе со всеми? Тогда, молодец, так держать, старуха, вот тебе телега, впряги в нее какого-нибудь бугая, хоть возьми вон сына своего, и давай чеши вместе со всеми, но с его помощью. Береги здоровье-то, ведь всю жизнь ты на сына пахала, пущай теперь он тебя за это хоть разочек прокатит: и ему польза (может, поймет чего), и тебе, милая, удовольствие. Держи-ка хлыст, пусть он сыну-то расскажет про твои слезы. Так, так его, родимого! А я тоже! А как же? Я на своей хромой козе последую за вами. Ничего, ребята, бегите шибче, потому что я и все те, кто с моей хромой козой дружбу заведут, запросто можем вас, дорогие чемпионы, обогнать и даже перегнать! Не сумлевайтесь, победа будет за нами!
Ненаписанное, недосказанное, недоделанное… Сами мы недоделанные, потому что не дописываем, не договариваем, не доделываем, а вместо всего этого нужного занимаемся повседневной какой-нибудь чушью собачьей. Есть кофе, но нет табаку. Хорошо, когда чего-то недостает, по крайней мере, можно отыскать причину своего хренового настроения. То бишь, получается не чего-то хочется, а кого — не знаю, а гораздо определеннее — нет табаку — вот и плохо! Видел во сне о чем писать. Вот оно! — сказал я себе, толком еще не проснувшись. Но увы, и еще раз — увы и ах!.. Все развеялось, ничего не помню! Что это было, Боже мой, ЧТО?!
Постепенно учусь привыкать к мысли о том, что жизнь продолжается.
Пиши правду. Если же не можешь написать правды, лучше уж не пиши ничего. Ври как следует. Если не пережил сам, зови, мани фантазию. Не для красного словца, а чтобы больнее цепляло и шире раскрывало глаза. Может, и станешь профи, хотя вряд ли. Кишка тонка — заблудился в трехберезовом лесу — не выбраться… Да и… Ой, ну чего там говорить… Брысь с глаз моих!
