– Да все, батя, платят! Есть чем торговать – есть чем и платить, – развязно вставил парень в бирюзовой майке.
– Серега, не возникай! Дай поговорить с культурным человеком! Это тебе не на базаре, понял? – одернул его предводитель. – Извините, Леонид Палыч, пожалуйста. Не обращайте на него внимания, он новенький – не воспитан еще, как надо. Вы – вот что. Пока подумайте как следует. Мы Вам все равно понадобимся, вот увидите. А не мы, так другие – на ту же работу. Сами тогда к нам обратитесь, но в тот момент… Хо-хо-хо!.. Все уже может дороже стоить. Вы поняли идею?.. Хо-хо-хо… Мы же не гуляем – работаем… Можем тогда заняты быть – помочь не успеть и все такое. А дважды мы, Леонид Палыч, своих услуг не предлагаем. Так что стоит подумать. Ей-Богу, стоит.
Он положил на верстак цветастую визитку и добавил:
– Подумайте, Леонид Палыч. Мы Вам дело предлагаем. С нами не пропадете. Если надумаете, позвоните. Я приду – договоримся, как цивилизованные люди. Меня зовут Валера. Юридическую академию в позапрошлом году окончил, диплом могу показать. Того здоровяка в белой футболке, что Ваш микрометр вертит – Толик. Толик, не лапай тут ничего без спросу, слышишь? Ты на работе, понял? Положи микрометр на место – точный прибор, испортить можно. Извините – он тоже новенький, не обучен еще, недисциплинированный. А того шалопая, что Вас поучать пытался – Серега. У меня своя фирма. С лицензией все о-кэй, покажу с удовольствием, если сотрудничать пожелаете. Ну, все. Плодотворного Вам трудового дня и новых научных озарений. До свиданьица, Леонид Палыч.
Все трое в развалку вышли из гаража. Калинич видел, как они сели в джип «чероки» с затемненными стеклами и почти беззвучно укатили. Калинич взял оставленную визитку и, надев очки, поднес к свету лапы. «Валерий Юрьевич Грекопопов. Охрана и частный сыск», – прочитал он. Дальше следовали адрес и контактные телефоны. Интересно, кто это придумал «контактные телефоны»? – размышлял Калинич. Для того и телефоны, чтобы контактировать. Других не бывает.
Калинич попытался снова включиться в работу, но настроение было испорчено. Он выключил лампу, запер гараж и направился в квартиру, где, как он рассчитывал, Аня уже хлопотала над завтраком. И не ошибся. Едва открыв дверь, он ощутил дурманящий аромат своего любимого бразильского кофе.
– Привет, Анюта, – поздоровался Калинич. – Завтрак уже готов, или как?
– Привет, дорогой! – ответила Аня в унисон. – Есть квас, да не про вас!
– Это еще почему? – игриво спросил он.
– Гулякам не положено!
– А я не гулял – я в гараже трудился, – оправдывался Калинич.
– Ну, если трудился, то так уж и быть – мой руки. Мы это, конечно, еще проверим! – сказала она, ставя на стол тарелки с творогом, аппетитно сдобренным горсткой черного изюма и политым ложкой сметаны.
Калинич положил на стол визитку, оставленную Валерой, и пошел в ванную отмывать руки от гаражной грязи. Вернувшись, он застал Аню, внимательно рассматривающей визитку сквозь новенькие очки в изящной тонкой оправе из белого металла.
– И как это понимать? – с неподдельным удивлением спросила она, потрясая визиткой.
– Только что ко мне в гараж наведались трое парней уголовно-спортивного вида. Бритоголовые такие, в обтрепанных шортах, как сейчас модно. Накачанные, прямо квадратные. Огромными бицепсами поигрывают. Предлагают защищать нас от всяких бед, – ответил Калинич, садясь за стол и придвигая к себе тарелку с творогом.
– Что, рэкетиры? – спросила Аня, удивленно подняв брови.
– Нет, благодетели, – саркастическим тоном ответил Калинич, пробуя творог. – Все о нас знают. И про магазин, и про счет в банке, и что особняк подыскиваем.
– Ну и как? – спросила Аня, садясь за стол.
– Что, творог? Высокий класс. Свежий…
– Как ты прореагировал? – нетерпеливо спросила она.
– Отказался. Нечем, говорю, платить – денег нет. А они – подумайте, мол, мы не торопим с ответом. Но смотрите, чтобы потом дороже не обошлось. И так далее. Как в плохом телесериале.
Калинич замолчал и занялся творогом.
– Да… история с географией, – сказала Аня, наливая кофе в чашки. – И фамилия у него какая-то странная – Грекопопов.
– Да что в ней странного? – сказал Калинич, отхлебнув небольшой глоток кофе. – Обыкновенная фамилия. Правда, двухкоренная. Ужасно горячий кофе. Никакого вкуса не чувствуется – только ожоги делает.
– Пей осторожно – ложечкой. Тогда почувствуешь, – посоветовала Аня. – А фамилия несуразная – не Греков-Попов или, скажем, Гречко-Попов, а какой-то Грекопопов. Черт знает что.
– Да ну ее к дьяволу, фамилию эту. Что делать будем? – спросил Калинич, обжигаясь во второй раз.
– Посоветуюсь с нашим адвокатом.
– Надо, пожалуй… – согласился Калинич.
XXXVII
– Алло! Лида, здравствуй. Это Леонид говорит.
– Слышу. Не забыла пока что, – грустно ответила Лида. – Чего ты еще хочешь?
– Хочу заехать к тебе на дачу. Во-первых, намереваюсь тебе немного денег дать. А во-вторых, там, в гараже кое-какие железяки забрать. Если ты возражать не будешь. Они тебе все равно ни к чему, а мне могут и пригодиться, – сказал Калинич.
