Полное собрание сочинений. Том 87 полностью

Нынче получилъ трогательное письмо отъ Русанова⁵ и интересное письмо отъ француз[скаго] аббата, преподавателя, кот[орый] отчасти соглашается съ мыслями «Le Salut» и отчасти возражаетъ имъ.⁶

Вчера черезъ часъ посл полученiя вашего письма о⁷ томъ, чтобы не спорить съ Гротами, какъ разъ пришли Гроты, т. е. Гротъ съ профессоромъ исторіи, и я по слабости своей сдлалъ то самое, чт'o вы не совтуете — и такъ справедливо — длать.

Еще получилъ прелестную книгу о Франциск Ассизскомъ Paul Sabbatier. Только что вышедшая книга, большая, прекрасно написанная.⁸ Это будетъ прелестная книга для Посредника, только бы цензура не помшала. Я три дня ее читалъ и ужаснулся на свою мерзость и слабость, и хоть этимъ сталъ лучше.

Прощайте пока. Любящій васъ

Л. Т.

24 Ноя[бря].

Полностью публикуется впервые. Отрывки напечатаны в ТЕ 1913, стр. 108; Б, III, стр. 218. На подлиннике надпись чернилами рукой Черткова: «№ 352. Москва 24 ноября 93».

Ответ на письма от 18 и от 21 ноября. В первом из этих писем Чертков писал по поводу предложения Толстого заняться составлением книг «о религиях Китая»: «Я очень рад вашему «заказу», Лев Николаевич. Пожалуйста, пришлите книги Лэггэ о Китае. Я понял ваши указания относительно требуемой работы и постараюсь исполнить ее, в точности согласуясь с ними. Пока мы еще живы и сношения между нами не прерваны, буду доставлять вам мою работу по частям. Я как раз, еще с осени, собирался заняться мудростью китайской; кое-что я слыхал о ней от Жени, и это меня очень притягивало. Последние дни я кое-что переводил о Берклее — книгу о нем Fraser’a (изд. Blackwood’a). — Но эта работа меня не удовлетворила, хотя я думаю, что было бы очень полезно для нашей «философствующей» интеллигенции поближе познакомиться с Берклеем, так как он отлично подставил ножку их «философским основаниям». Я встретился с ним на одной мысли, которая у меня сложилась так: не знаю, в действительности ли я вижу внешнее, знаю только, что я вижу его действительно. Мир сознаю я; но в своем ли я сознании, даже этого не знаю; иногда знаю, что в чужом — в его сознании. Но раз я сознаю внешний мир, то представление ли он или действительность — я одинаково сознаю к нему некоторое отношение; и вот это-то мое сознаваемое отношение должно соответствовать моему представлению. Таким образом я устранил для себя всякую заботу о том, следует ли отдаваться жизни, если она сон. У Берклея я нашел подтверждение первой части этого, и кроме того напал у него на много хороших мыслей. Следовало бы его всего кому-нибудь из нас перечесть и сделать выборки, чт'o перевести в виде дополнения к переводу книги Фрезера о нем. Посылаю вам то, чт'o я успел перевести. Если не пригодится, то верните мне через «Посредник». Посылаю и книгу Фрезера о нем, но ее непременно прошу вернуть мне, так как я ее «зачитал» и хочу справиться у прежнего ее хозяина, могу ли сохранить.

Не хочу писать сейчас о своей жизни, потому что живу напряженно, как на вулкане, а по отношению к происходящему в России — как бы с бомбой в руках, и не знаю, когда ее пущу: завтра или через некоторое время. А может быть в ней и не будет надобности. И я не хочу отвлекаться сейчас словами о том, чт`o делаю, хочу или могу делать». В письме от 20 ноября Чертков писал: «С радостью согласен приняться за предлагаемую вами работу. Пожалуйста, пришлите книги. Указания я совершенно понял.

Хочу писать вам; но пока не могу. В. Ч.

Всё благополучно. Никогда еще я не испытывал такого длящегося, непрерывного духовного напряжения, как эти последние дни, — со времени отъезда моей матери; и вместе с тем мне удается до некоторой степени сдерживать накопляющееся возбуждение для того, чтобы направлять его туда, куда производительнее и нужнее отцу.... — Письмо о Дрожжине уже было мною на-бело переписано, когда я узнал от вас о том, чт'o сделали с Хилковыми. (Не можете ли вы прислать мне все его или других лиц письма об этом деле, которое, как вы знаете, и нас близко касается?). Хотя в сущности в этом факте нет ничего нового, но он так на меня подействовал, что я не мог искренно оставить в своем письме заключительные слова о доверии. Пришлось немного изменить и теперь нужно вновь переписывать.

Я так рад работе о китайских мудрецах, и как раз перед получением вашего письма начал наводить о них справки в имеющихся у меня историях философии...

Пожалуйста пишите мне: я в этом нуждаюсь. Поблагодарите Марью Львовну за черновые о религии, которые я получил. Я заглядывал и усмотрел сокровища; но не могу себе составить понятия о статье, так как от Марьи Александровны еще не получил списка всей статьи. Нельзя ли ее поторопить высылкою; а то боюсь она долго задержит для переписки с него другим. Бог вам в помощь. Представляя себе вас в Москве, так и хочется сказать вам: «Не спорьте с Гротами: не стоит того», но вы лучше моего знаете, ст`oит ли или нет».

¹ Абзац редактора.