Женуина вернулась домой, и снова начался бесконечный разговор. Все пытались припомнить кого-нибудь, кто мог видеть Изабелу в доме Тулио.
– Это Мерседес! Это она видела женское бельё среди наших вещей! – настаивал на своей версии Ким.
– Но Изабела забыла сказать нам, что выходила из дома звонить.
– Я бегала тайком, мне нужно было позвонить матери!
– Дона Жену, боюсь, что мы напрасно обвинили во всём Мерседес, – грустно сказал Аугусто.
– Так или иначе, пока не приехал Тулио, Изабела должна оставаться здесь.
Мерседес вернулась вечером и рассказала Аугусто, что была у его родителей и что отец в отчаянии от того, что он продал квартиру.
– Но я хочу участвовать в новом конкурсе, это будет огромный проект, понимаешь? И если он пройдёт, у тебя будет всё, что ты ни пожелаешь.
– О Господи! – скривилась Мерседес, как от зубной боли.
А в это время Диего и Эмилия пировали в подвале. Они пили коньяк, закусывая его бутербродами.
– А сладкое – на десерт?! – капризно сказал Диего. – Где моё сладкое?
– А на сладкое будет совсем другое, – кокетливо сказала Эмилия.
И в этот момент они услышали, как над их головами скрипнул в замке ключ. Они оказались запертыми.
– Ничего страшного, это, наверное, Урбано. Я покричу, и он мне откроет. Итак, мы остановились на десерте…
– Как ты можешь думать о какой-то ерунде, когда мы с тобой попали, как мыши в мышеловку? Тебе не приходите голову, что мы можем здесь умереть?
– Это было бы здорово! Наши тела нашли бы в объятиях друг друга – два обнявшихся скелета...
– Типун тебе на язык! – сплюнул Диего. И налил себе коньяку.
– Значит, тебе не хочется нашего десерта? Ну что ж, тогда давай попробуем выбраться отсюда. Урбано! – жутким голосом закричала Эмилия. – Урбано, ты меня запер, открывай! Выпусти меня.
– Эмилия, дорогая, иду! – раздался голос Урбано.
Диего погасил керосиновую лампу и забился в угол, загородившись картонными ящиками.
А на фазенде Граселиано готовились к свадьбе.
– Она не выйдет за него замуж, – рыдала Китерия. – Моя дочь не станет женой плебея!
– Нет, выйдет! Все дороги перекрыты. Мои люди охраняют их. – Граселиано был вооружён до зубов, и было совершенно очевидно, что происходившая кутерьма развлекает его. – Она выйдет за него замуж, потому что у ребёнка моей дочери должен быть отец! Сейчас привезут священника, под конвоем. А Оливия будет венчаться в подвенечном платье моей бабушки. Я сохранил его в сундуке, как семейную реликвию.
– Идиот! – рыдала Китерия. – Нет, это я идиотка, что привезла её сюда! Я, я, я идиотка! – Она стала стучать себя по лбу кулаком.
Граселиано с удовольствием наблюдал за этим.
Дуглас был обеспокоен сообщением Тукано о том, что в дом приходил какой-то священник.
– Что за непонятная история? – рассуждал вслух Дуглас. – День назад он был в офисе и разговаривал с Суэли, а теперь приходил сюда.
– Ну, может быть, он хотел попросить у доны Китерия денег для бедных детей?
– Дона Китерия любит их только жариными на вертеле! И вообще Тукано, я запрещаю тебе говорить с посторонними, понял? Твоё место на кухне!
Женуина проснулась рано утром с каким-то странным, давно забытым ощущением счастья. Какое-то воспаминание детства, когда мать по воскресеньям пекла булочки; и сейчас в доме стоял аромат свежевыпеченных булочек и кофе. Из гостиной доносилось бормотание: Женуина прислушалась и узнала голос Изабелы.
– Я до сих пор чувствую жар огня, я так бежал, что у меня разболелась нога, что это такое... это произошло… Отчего же я бегу? Мне страшно.
«Бедная девочка, она бредит», – подумала Женуина, накинула халат и вышла в гостиную. За маленьким столиком в кресле друг напротив друга сидели Тулио и Изабела. Тулио сидел спиной к Женуине и не видел её.
– Сейчас я не могу избавить тебя от страха, – говорил он. – Но он скоро пройдёт. Главное, чтобы ты успокоилась, успокоилась. Я тебя сейчас покормлю, и ты снова уснёшь.
– Но мне кажется, что я тоже сплю, – тихо сказала Женуина.
Тулио обернулся.
– Но нам снится с тобой одинаковый сон. – Она счастливо улыбалась ему.
Тулио очень изменился: похудел, помолодел. Женуина подошла, обняла его.
– Тулио, я так соскучилась без тебя, ты просто не представляешь!
– И я без тебя тоже… Я не могу жить без тебя, моя жизнь теряет смысл!
– Здесь без тебя столько всего случилось, столько всего… Как прошло путешествие? Когда ты приехал? Почему не предупредил меня?
Изабела деликатно ушла в ванную.
– Давайте завтракать, я так старался, я даже испёк булочки, мы поговорим с тобой обо всём потом.
Вошла Изабела, одетая элегантно и подкрашенная.
– Я, пожалуй, пойду. Я ведь вам мешаю... – сказала она.
– Нет, садись, пожалуйста, – мягко приказал Тулио. – Мы тебе очень рады, и ты останешься здесь так долго, как того пожелаешь.
В дверь позвонили, пришла Мерседес.
– О, сеньор Тулио, наконец-то вы приехали! Я рада, что вас вижу!
– Спасибо, – сухо ответил Тулио.
– А почему тебе пришлось переехать от Лоуренсо? – продолжал разговор Тулио.
– Я выходила позвонить родителям, а Вагнер, наверное, следил за мной.
