Корабль Гэбриэла атаковали полдюжины веретёнообразных инспекторских хищников, класса ящер. Ящерицы палили из векторных пушек, а Зверь прошивал их лучами. Но пока ни один луч не сумел пробить щиты наггеваров. Однако и щиты Зверя не поддавались. Зверь прорывался к маленькому спутнику Карпариса, туда, где из кратера пунктиром вспыхивала череда фотонных залпов. Это шаттл отстреливался. Наггевары обнаружили его и бомбили кратер, рассредоточившись над тёмной стороной луны. Ещё с десяток вражеских хищников…
В пылу военных действий радары Элью не засекли. И она, пользуясь моментом, рванула к светлой стороне Карпариса, сверяя курс с координатами упавшего шаттла, и постепенно переходя на ближнюю орбиту.
Вскоре после того как Элья зашла на посадку, в поле видимости наггеварских кораблей возник Рэпсид. Устрашающе горя корпусными огнями и сверкая эмблемами, «звёздный дракон» грозно приближался под командованием гатракского капитана. И на Звере его не пропустили.
– Быстро свяжитесь! – скомандовал Гэбриэл.
– Не получается, – после очередной попытки ответил Даген. – Они используют какую-то странную частоту…
– Зверь! – воскликнула Женя. – Зве-ерь!
Белые лучи метались, стремительно расшвыривая по космосу наггеварские корабли, а те опять возвращались невредимыми.
– Зверь! Приём! Вы нас слышите?
– Мы на секретной гатракской частоте, – спохватился связист. – Они не реагируют.
– Адаптируйте! – приказал Агрэгот…
– Рэпсид вызывает Зверя! – раздалось в динамиках рубки через пять минут. – Готовьте перекрёстный огонь!
– Еееесть! – завопил Гэбриэл…
Однако «толстокожие» наггеварские ящеры, приспособленные для прохождения межпространственных аномалий, выдержали и это.
– Ничто их не берёт, – вздохнул Агрэгот и по-гатракски выругался.
Гэбриэл в этот момент бормотал:
– Брок-брок-брок.
– Вот так шкура! – сокрушался Миритин. – И луч дракона ей нипочём.
– Нужно забрать шаттл с луны, – напомнил Агрэготу Ромерик. – Приказывайте, капитан. Щиты в норме. Будем прорываться?
Агрэгот мрачно наблюдал, как Рэпсид окружают несокрушимые наггеварские ящерицы. И когда его надбровные пластины сошлись у переносицы так, что между ними пролегла глубокая вертикальная складка, в динамиках мостика зазвучал голос Лео:
– Разрешите атаковать, капитан?!
– Вперёд, асаро!
Иглы биотрансформеров роем металлических ос устремились из ангара Рэпсида, неожиданно ловко подсекая противника. Рифлёная шкура первого же хищника затрещала под напором асаро. Щипы вгрызались, вспарывали и прорывали обшивку наггеварских кораблей по всему периметру, словно картон. Терзали и кромсали в клочья. Как только рваные обломки вперемешку с останками заламинов и нассаримов образовали пояс вокруг луны Карпариса, оставшиеся наггевары обратились в бегство…
Элья узрела фрагменты шаттла, пролетая над кладбищем. Она посадила дельта-бак перед лесом, на пустыре и рассмотрела поближе груду покорёженного метала.
Слава королеве, не взорвался!
Всё равно было страшно. С замирающим сердцем Элья откинула колпак дельта-бака, спрыгнула в траву и, продираясь сквозь густые поросли лынника, двинулась к шаттлу. Она старалась не представлять, что там увидит… Остановилась. Прислушалась… Тихо. Перебралась через расколотую носовую часть, разбитую приборную панель и увидела брата… Бледный до синевы мальчик, лежал с закрытыми глазами в опрокинутом кресле пилота, до пояса придавленный верхней скобой шаттла. И казался мёртвым…
– Доминик! – в ужасе закричала Элья. – Доминик!
Брат открыл глаза и знакомо дёрнул уголком рта, силясь улыбнуться.
– Эли, – прохрипел он. – Эли… Ты жива?
Она перебралась к нему и опустилась перед ним на колени.
– Доминик… Что же со мной сделается, дурачёк? А тебя вот как угораздило?
Скоба была тяжёлая, не поднять.
– Я ничего не чувствую, – прошептал мальчик. – Ног и спины…
Элья положила ладонь на металлическую стяжку, оставляя на ней следы своей ДНК. Брат понял, что она собирается делать и простонал:
– Нет… Не надо…
Элья заглянула в зазор между полом и скобой, и зажала ладонью рот, чтобы не заорать. Брюки и рубашка Доминика были пропитаны кровью. Скоба хотя бы сдавливала артерию и сдерживала кровотечение.
– Я не смог его посадить… Меня подбили.
– Шшш, – Элья постаралась успокоиться. – Зачем ты сбежал, братик? Прочему сюда?
Зачем она бросила его одного?
– Прости, Эли, – скуксился мальчишка. – Прости… Это из-за видения. Я видел, как ты умерла здесь… Авария… Все умерли, и капитан тоже…
– Доминик, – она наклонилась и обняла его. – Доминик… Глупый. Нельзя доверять видениям. Ты же знаешь.
– Не знаю, – заплакал он. – Однажды я видел правду…
– Почему ты никому не сказал? Не спросил обо мне…
– Всё на корабле отключилось. В суматохе про меня забыли. С тобой я связаться не мог…
Он стал задыхаться.
– Лежи тихо. Не двигайся. За нами скоро придут
Она потянулась к коммуникатору.
Доминик напрягся.
– Сюда идут, Эли…
– Вот видишь. Нас уже нашли.
– Нет… – глаза мальчика округлились от ужаса. – Это заламины… Те, что меня сбили, теперь на фланоциклах… Эли…
– Тихо.
Брат с сестрой затаились среди обломков и вскоре услышали:
