Узоры на коже Хэрхи посерели, затем побагровели. Из роговых отверстий со свистом вырвался пар. А через секунду карфага уже не было в кают-компании. Только воздух продолжал колебаться…
– Ну вот, – заметил Гэбриэл, – я на неделю лишился пилота… Так… Думаю, его пока заменит…
– Я! – вызвался Тиип.
– Тогда, приступай немедленно.
– А как же звездолёт? – напомнила Камилла. – Он так и останется без имени?
– Не волнуйся, – усмехнулся разбойник. – Наверняка, у него есть имя. Зверь проснётся и спросим…
– А что с бараном? – поинтересовалась Элья.
– С кем-с кем? – переспросила Налка.
– Ну, с этим… Рогатым…
– Он – кольцерог, – поправила Камилла, переживая за Хэрхи. Он ей по-дружески нравился.
– У карфагов между девятнадцатью и двадцатью восьмью годами наступает романтический период, – туманно пояснил Гэбриэл. – Опрометчивый возраст. Рыцарь находит даму сердца… То есть, похоже, уже нашёл.
Он насмешливо посмотрел на Камиллу и вышел. Налка захихикала. Камилла покраснела и отвернулась, делая вид, что изучает детали соты…
Всю последующую неделю каждый сходил с ума по-своему. Читали, спали, ели… Гуляли по кораблю. Даже резались в космический аркан, картами Лео. Вездесущий Тиип переделал запасную приборную панель, найденную в грузовом отсеке, в голографическую доску.
Некоторые ещё примеряли наряды перед зеркалом и дефилировали по верхней палубе в надежде встретить Лео (это относилось исключительно к Налке). Элья с Домиником по обыкновению редко выходили из каюты, только чтобы поесть.
В целом всё было тихо и спокойно, даже шнырянья сибилианина уже никого не раздражали. На корабль не нападали. Ничего не ломалось. Ведь Тиип обо всём позаботился. Гэбриэл называл его мастером на все руки, а Зигмунд как-то по-старинному: «И жнец, и швец, и на чём-то там игрец».
Лео не забывал о тренировочных полётах. Гэбриэл командовал. Остальные по очереди несли вахту. В общем, никаких серьёзных происшествий, за исключением одного…
Однажды Камилла возвращалась из рубки и наткнулась у своей каюты на загадочно улыбающегося кольцерога. Он явно поджидал девушку, пряча руки за спиной.
– Что такое, Хэрхи?
После расплывчатых предостережений Гэбриэла, Камилла старалась не попадаться у карфага на пути… Она попыталась бочком пробраться мимо него к двери, но не тут-то было. Хэрхи преградил ей дорогу, упав на колено и протянув красный цветок в горшке. Неуклюже качнулся, и растение ткнулось в юбку Камиллы. Девушка отшатнулась, а карфаг заголосил с подвыванием:
Да уж, до поэтических этюдов асаро ему было явно далеко. Сконфуженная Камилла всё же успокоилась и разглядела, что цветок рос вовсе не в горшке, а в тщательно отмытой консервной банке. Карфагская розилла-фикус…
– Я сам её выращивал, много дней! – похвастался Хэрхи. – Для тебя…
Розиллы разрастались быстро, считаясь на большинстве планет Лиги злостным сорняком, бичом огородов… Неприятно осознавать, что твоё имя рифмуется с сорной травой… А вот карфаги любили розиллу и находили полезной… Всё это девушка почерпнула из уроков ботаники в пансионе. Внезапно она затосковала и поняла, что соскучилась по Янси. Как она там – на фабрике?…
А Хэрхи выдал новую порцию стихов, с тягучим роговым придыханием:
И всё в таком духе…
Камилла заткнула уши, желая оказаться на фабрике рядом с подругой. Хэрхи умолк, храня выразительную паузу… И в коридоре возник Лео. Асаро изумлённо остановился, застав следующую картину: прижатая к переборке девушка и ползающий на коленях карфаг с веником в руках…
Воин мгновенно очутился за спиной у Хэрхи, стиснул ему рога и отшвырнул от Камиллы вместе с сорняком. Банка упала и покатилась, земля рассыпалась по палубе, а сорняк даже не надломился…
– Лео! – воскликнула девушка, с жалостью поглядывая на оглушённого Хэрхи. Кольцерог возился на полу, силясь одновременно подняться на ноги и запихнуть розиллу обратно в банку.
– Да, Камилла? – Асаро оказался совсем рядом и заглянул ей в глаза. – С тобой всё в порядке?
– Лео, – укоризненно повторила она. – Хэрхи! Он… просто… Читал мне любовные стихи… Он не хотел меня обидеть. Понимаешь?
– Позволь мне решать, – ответил Лео, не отводя взгляда от её губ.
Сейчас Лео острее, чем обычно, нуждался в генетическом обмене. Временами он почти терял над собой контроль. И, зная, в кого может превратиться, неоднократно использовал аптечку. Асаро помнил об опасности и боли, но готов был рискнуть, надеясь, что лекарство знахарки подействует.
Лео-Дин быстро поцеловал Камиллу, подхватил ошеломленную девушку на руки и… Из смежного коридора раздался душераздирающий вопль. Потом ещё и снова, по-нарастающей, будто кричало раненное животное.
