Зато Сандера Женя видела каждый день. Утром и вечером он неизменно являлся к ней с геномометром, а после обеда она ходила к нему на занятия. Опекун увеличил время урока до двух часов в день и установил систему оценок. За пять занятий ученица должна была набрать определённое количество балов, чтобы перейти на следующую ступень, иначе… Её обещали подвергнуть жёсткому генетическому массажу для лучшей усвояемости. Что это такое, Евгения слабо представляла. Вряд ли, что-то похоже на мягкое расслабляющее воздействие Талеха… Как же она по нему скучала!
На третьем занятии Женя попробовала взбунтоваться против тирании Сандера. В итоге заработала минус два балла, и вероятность генетического массажа отчётливо замаячила перед ней…
– Предлагаю сделать это прямо сейчас, – торжественно предложил Сандер. – Зачем тянуть?
Женька упрямо замотала головой, не преминув заметить:
– Ну и порядки у вас в образовании.
– Это ты не училась в джамранской высшей школе. Там гораздо круче. И заметь, массаж – это так, разминка. Обычный перечень наказаний за неуспеваемость или непокорность…
После оглашения списка Женя тихо сползла под стол и принялась с усиленным рвением зубрить джамранские глаголы.
Глядя на это, Сандер вздохнул, заявил, что «пошутил, отчасти» и предложил почитать стихи.
– Обещаю, я не переступлю черту.
– А разве джамрану можно доверять?
– Твоё дело. Урок ты выучила и выбор за тобой. Или не сдашь зачёт и тогда… Генетический массаж.
Он был непреклонен, и Евгения согласилась. За пятнадцать минут она усвоила больше, чем за прошедшие сутки. Правда, при этом постоянно отбивалась от слишком провокационных образов, навязанных опекуном. Она рисковала оказаться ближе к нему, чем позволял третий этап. Но, так или иначе, всё прошло благополучно. Вероятно, Сандер всё же не забыл тот пластырь от синяков. Джамрану умели притворяться благодарными.
Параллельно опекун усиленно окучивал Ним, поэтому времени на искушение землянки у него не оставалось… Или она просто была не в его вкусе. А рунарин Талеха здорово потрепала Сандеру нервы, но своих позиций не сдавала. Ева не раз подумывала, что в этом и состоял коварный замысел командора против опекуна…
Итак, снова наступило утро, и Женя не пошла на работу. Она настроила свой браслет-коммуникатор на дистанционное отслеживание посещений. Евгения без труда разобралась в джамранских технологиях, не забывая ими восхищаться. Благодаря некоторым ценным изобретениям, Женя запрограммировала сенсорный блок психологической службы на тепловое сканирование. Двери приёмной автоматически открывались, стоило кому-нибудь подойти к переборке. Электронная секретарша радостно встречала посетителей, предлагала чай, кофе, прохладительные напитки и журналы в ассортименте. Просила клиентов подождать, либо интересовалась, на какое время записать. В тот же момент на браслете ксенопсихолога срабатывал датчик обнаружения, загораясь жёлтым или красным камушком в зависимости от срочности визита… Увы… Ничего так и не загорелось и срочно бежать в кабинет не потребовалось.
Наряду с этим, Ева обнаружила ещё одну полезную функцию коммуникатора. По идентификационному номеру можно было стопроцентно определить местонахождение любого члена экипажа. Прерогатива капитана, старпома, начальника службы безопасности, главного корабельного врача и, как выяснилось, ксенопсихолога.
Имея доступ к идентификационным кодам, Женя загрузила их в память коммуникатора. Однако слежкой не злоупотребляла. Смотреть, где находится маячок Талеха, было неинтересно. Капитан практически всегда обитал на мостике или в своей каюте. Миритин буквально жил в медотсеке, а рядом с ним неизменно сигналила Аманда. Поэтому доктор в последнее время напоминал Женьке двойную звезду. Иногда Аманда отклеивалась от него, когда сидела в столовой или в кают-компании с подружкой из техотдела или с Морголиной.
«Что бы сие значило? Неужто они сдружились?»
Занятней всего оказалось наблюдать за Рокеном. Где только этот пострел не перебывал! Даже там, где Женька меньше всего ожидала его найти… В грузовом, в дефлекторной, в коммуникационных трубах, в посадочном модуле транспортного отсека… И в этих случаях – всегда не один. Только ещё не в скафандре, на корпусе звездолёта.
А что? С него станется! Он и в скафандре умудрится.
Однажды Евгения чуть не грохнулась в обморок, когда засекла рядом с Рокеном Нимрадилль. Недолго. Причём выглядело так, будто девчонка его подкараулила на пути к каюте…
Так и сегодня утром Женя отследила, как Миритин и учёный-шакрен направляются в столовую.
Что ж, удачный способ наладить контакт – позавтракать вместе. Если Морри сплачивала вокруг себя подружек, то и ей пора позаботиться о друзьях. Евгения отключила головизор, взяла ноги в руки и двинула в столовую.
В столовой оказалось довольно многолюдно. Миритин первым заметил Женю, окликнул и пригласил за свой столик. Женька обрадовалась, вроде как не сама напросилась, и, получив еду в пищеблоке, подсела к шакренам.
– Доброе утро! – сказала она, ставя поднос на стол.
Миритин приветливо кивнул. Учёный доброжелательно улыбнулся.
– Доброе!
