— Как что? — друг хитро улыбнулся. — Мы идем после отбоя.
Некоторое время Поттер упрямо хмурился, глядя в глаза Тома и, наконец, шумно выдохнул, словно сдаваясь.
— Ладно, после отбоя, — согласился он.
— Если вы не возьмёте меня с собой, я расскажу Снейпу, — угрожающе сощурившись, пообещал Драко.
— И проведешь остаток жизни немым, — «ласково» предупредил Арчер, глянув через плечо на сокурсника. — Я знаю отличное заклинание, отрезающее язык, Малфой, хочешь покажу?
Драко против воли, плотно стиснул зубы. Он достаточно хорошо знал Тома, чтобы воспринимать всерьёз некоторые его угрозы. Конечно, вряд ли тот стал бы прибегать к столь радикальным мерам, но проверять Малфою не хотелось.
— Хорошо, — буркнул он, — я никому не скажу. Но вы расскажете мне всё, что узнаете!
— Это что, шантаж, Драко? — мягко поинтересовался Том, разворачиваясь к блондину всем корпусом.
— Н-нет, я просто… просто должен быть в курсе, — тихо сказал тот. — Это ведь всех касается.
— С чего ты взял? — удивленно поднял брови Том. — Быть может, мы с Гарри просто хотим уединиться в ванной для старост? — он лукаво усмехнулся. — Каким образом это касается тебя?
Наследник благородного рода брезгливо скривился.
— Гадкие у тебя шутки, Арчер, — заметил он. — Не боишься, что это породит новые дурацкие сплетни? Вас с Поттером уже и так Мордред знает, кем окрестили. Хочешь новой сенсации?
— Мы как-нибудь это переживем, да, Гарри? — Том иронично глянул на друга, тот поморщился.
— Мне хватило одной, спасибо большое, — проворчал он и, бросив золотое яйцо на кровать, отправился в общую гостиную.
Арчер проводил друга веселым взглядом.
— А с чувством юмора у него сегодня плохо, как я погляжу, — пробормотал он.
— Это у тебя с чувством юмора плохо, — огрызнулся Малфой, пытаясь пальцем прочистить заложенное после оглушительного визга ухо, — а у него — с головой.
Не дожидаясь ответа, блондин ушел вслед за Гарри, продолжая ворчать что-то себе под нос.
Весь вечер Гарри провел, делая эссе для Снейпа, пообещав себе во что бы то ни стало написать идеальную работу. Время от времени ему, тем не менее, приходилось отрываться от работы, потому что к нему присоединилась Дафна, а когда рядом была Дафна, сосредоточиться на чем-либо для Гарри становилось проблематично. В итоге, Поттер отложил свои конспекты в сторону и сел играть с ней в шахматы. Арчер ушел проводить свой слизеринский кружок, утащив Малфоя и Забини, поэтому им никто не мешал, но чем ближе было время отбоя, тем нетерпеливее становился Гарри и тем больше злился. Ему хотелось поскорее узнать, что же там говорится в подсказке, но без Тома, который знал пароль, он пойти не мог, а тот, будь он не ладен, все ещё где-то шлялся.
— Да не смотри ты на свои фигуры так, словно они нанесли тебе личное оскорбление, — шутливо бросила Дафна. — Еще немного и бедняжки от твоего сурового взгляда разбегутся во все стороны. Конь на Е четыре.
Поттер пронаблюдал, как белая фигурка шахматного коня перемещается на указанную позицию, после чего глянул на сокурсницу исподлобья.
— Даже чтобы они разбежались, нужно отдать команду. Пешки лишены способности оценивать ситуацию и принимать решения. Они только подчиняются приказам, слон на Е четыре, — оба слизеринца немного помолчали, наблюдая, как слон весьма агрессивно стаскивает с доски белого коня. Когда черная фигура заняла отвоеванное место на игровом поле, юноша досадливо скривился: — Совсем как люди.
— Ты сегодня какой-то особенно мрачный, Гарри, — мягко упрекнула его Гринграсс.
На несколько минут собеседники отвлеклись на игру, наводя порядок в рядах заскучавших фигур и делая ходы, в результате чего с доски было сброшено три белые пешки и две черные. Оставшиеся фигуры так перепугались, что мигом застыли на своих местах, перестав провоцировать соседей, тыкая в них своими маленькими игольчатыми пиками.
— Ты однажды можешь ненароком обидеть кого-нибудь, если будешь так себя вести, — вдруг словно бы из ниоткуда продолжила мысль Гринграсс, подперев рукой подбородок.
— Ой, да брось, Дафна, — отмахнулся от неё юноша, после мимолетной паузы, пока он пытался сообразить, о чем она вообще говорит, — не изображай из себя миротворца, тебе не идет. Ферзь на D шесть.
— О, и кого же, по-твоему, мне тогда изображать? — язвительно поинтересовалась девушка. — Конь на F шесть.
— Просто будь собой, — предложил Гарри, попутно отправляя подвернувшуюся под руку пешку устранять с доски ферзя Дафны, та этого даже не заметила.
— Это не лучшая идея, знаешь ли, — она поджала губы. — Если я буду собой, люди не просто перестанут общаться со мной, они начнут обходить меня за милю.
— И что с того? — не понял Поттер. — Не то чтобы тебя сильно заботило наличие друзей в твоей жизни, так зачем тратить силы на бессмысленное лицедейство?
— «Бессмысленное лицедейство», — передразнила она, насмешливо хмыкнув, — а ты жестокий, Гарри.
— Я просто пытаюсь понять, каково это жить, когда половина твоих чувств омертвела и застыла, — он пожал плечами.
— Зачем тебе это? — поинтересовалась она.
— Просто интересно.
