– Просто моя сила… она ерундовая. Ничего интересного, – он посмотрел на меня и тут же снова отвёл взгляд. Я вздохнул и заметил, что Олеан с интересом и любопытством наблюдает за Эндрю. Мы с соседом встретились глазами: он, не подав никакого знака, повернулся обратно к Юнигану.
– Прекрасно. Нет, конечно, вас маловато, но то, что вы сами открыли и «приручили» свои силы, говорит о том, что дальше вы станете только сильнее. Нужно лишь практиковаться.
Он помолчал. Кажется, они должны были радоваться этому… Но лица всех, кто поднял руки, включая Дрю, Августа и Олеана, выглядели хмурыми.
Учитель отпил ещё из своей чашки, сел обратно за стол и после почти трёхминутного молчания – он никогда не был тороплив – начал тихим, вкрадчивым тоном:
– Но я должен вас предупредить. Наверняка вы уже сами заметили, что аномальная отнимает у вас что-то взамен. Нервы, память, самообладание… Что угодно. Истощает вас, делает злыми, агрессивными, опасными для ваших друзей, для самих себя. Особенно если ваша сила мощная или искажает наши обычные понятия о мире – пространственно-временной континуум, время, молекулярное строение вещей… Вы знаете, о чём я.
Кто-то кивнул, некоторые подавленно молчали. Все понимали, о чём речь. И испытывали это на собственной шкуре.
– Аномальная отнимает много сил даже тогда, когда вы её не используете. А потому… Будьте умнее. И осторожнее. Не используйте магию понапрасну, истощая себя и свои шансы остаться более или менее адекватным. Оставайтесь собой.
Он отпил ещё чаю. В классе повисла тишина.
Я не знал, сколько прошло времени, но Юниган внезапно встал, оставив чашку на столе, хлопнул в ладоши с возгласом:
– Итак! – снова повторил он, потирая руки. – Многие… ну, некоторые из вас уже овладели своими силами и знают, на что способны. Давайте-ка вы зададите мне вопросы, если что-то непонятно.
Снова повисла тишина. Наконец кто-то вскинул руку.
– Какой смысл в этих способностях, если мир уже не спасти?
Учитель щёлкнул пальцами.
– Отлично! Что же. Кто сказал, что это невозможно? Я реалист, ну, может, немного циничен, но спасти мир вполне нам по силам.
Я переглянулся с Олеаном и Эндрю. Они оба кивнули.
Да. Скорее всего, он говорил об
– И как же это сделать?
– Да взять хотя бы план Коэлло, – миролюбиво ответил Юниган, глядя на меня. – Верно, Коэлло? Как там твой план с солнцем?
Я откинулся на стуле, вертя в руках ручку. И уставился на неё, не зная, что ответить.
Ведь я показывал ему свои чертежи, советовался, как с человеком, который в этом разбирается. Он, хоть и со смехом, но предположил, что мой план может быть осуществим, если бы только у меня было достаточное количество ресурсов и безукоризненно верные расчёты.
– Конечно, мой план слегка безумен… Слегка… Но я работаю над этим. У вас-то мысли есть? У учителей?
Дрю предостерегающе посмотрел на меня.
«Не перегибай палку».
Да, знаю, Эндрю. Я осторожен…
Эрнест Юниган улыбнулся.
– Конечно, директор тоже кое о чём размышляет, и связано это, разумеется, с аномальными способностями. Они вполне могут… спасти этот мир, если хотите.
Кто-то тяжело вздохнул, другие молчали. Юниган продолжал:
– Ещё вопросы?
Молчание. Наконец, слегка смущаясь, Эндрю тихо-тихо пробубнил:
– Можно ли избавиться от своих сил?
Мир на секунду будто замер, когда учитель внимательно уставился на Куина-старшего. Потом закивал:
– А, вы же брат того юноши, способности которого я упоминал в своём примере в самом начале… Куин, если не ошибаюсь? Что же, мастер Эндрю, – я пытался вспомнить, что значит «мастер». Кажется, это обращение было актуальным ещё в девятнадцатом веке. – …Пока что случаев внезапной потери аномальной магии у какого-либо из бессмертных не было зафиксировано. Вряд ли это осуществимо.
Дрю опустил взгляд в стол. У него слегка дрожали руки, пока он сжимал в кулаке карандаш, который достал ещё в начале урока, как и я ручку, просто чтобы занять себя чем-то.
– Как научиться использовать свою магию?
Я и не заметил, как задал вопрос. Я смотрел на парту, как и Дрю, и слова сами слетели с губ, будто бы я спрашивал самого себя. Но учитель меня услышал.
