– Как это ни удивительно, счастлива! – улыбнулась искренне. – Почти сразу после взятия дворца мы провели обряд очищения, и, вы не поверите, все боги откликнулись на наш призыв. Все! Высшие приняли и обогрели каждую душу погибшего цветанца. От столицы и ее окрестностей не осталось и следа, но теперь ничто не напоминает об огромном кладбище, которое там было. Остался Дворец Малина, он станет центром будущей столицы Риира, средоточием власти и правления.
– Все боги? – сипло переспросил король.
– Да, это было воистину потрясающее воображение божественное действо, – с придыханием призналась я.
Бариус пожевал губы, облизнул их, видно, что перенервничал, а потом тоже признался:
– При создании Грани мы… мы тоже проводили этот древний обряд, но никто из богов не откликнулся, не пришел на помощь.
– Видимо, вы не вложили эмоциональный посыл, а подошли к обряду формально, – спокойно пояснил Хейго, удивив и меня, и короля.
– Вы думаете? – осторожно переспросил Бариус.
– Уверен! – ответил Хейго. – В момент кульминации Оливия и Лилия, супруга риирца Сайло, чуть не выгорели полностью. Мне пришлось закрыть Оливию своей Тьмой. А Сайло – Лилию. И договариваться о поддержке с вашим Богом Смерти.
– Что? – потрясенно выдохнула я. – Почему вы нам не рассказали об этом?
Король, как и я, оторопело уставился на темного, оказывается, умеющего договариваться с богами.
– А зачем? – как ни в чем не бывало пожал плечами Хейго. – Не хотели вас тревожить по пустякам. И бог ваш оказался с подвохом: подбросил камешек, нас чуть не смыло. Не до разговоров было.
– Так это Он?
– Бог Смерти – с подвохом? – вслед за мной проскрипел его величество.
Мой невообразимый муж, оценив наше с дядюшкой потрясенное состояние, неожиданно усмехнулся и кивнул:
– Есть немного.
После длительного молчания я спросила о другом важном деле:
– Ваше величество, что с моим псом?
– Ждет тебя в Тартусе. За ним присматривает цветанка Нина с мужем, – ответил король, кажется уже пришедший в себя. – Только вчера мне доложили, что твой кобель вырос до устрашающих размеров, отожрался и гоняет кур. Теперь яиц в форте не сыщешь днем с огнем!
Я невольно улыбнулась: мой дурачок Пушистик, как же я по нему соскучилась. Мы немного помолчали, а потом его величество вспомнил о других государственных делах:
– Что будет с Коралусом и Шандаром?
– А что с ними должно быть? – удивился Хейго, но меня не проведешь, это он напоказ. – Выжгли все – и проблемы нет.
– В каком смысле – выжгли? – изумился король.
Догадавшись, как очищали земли темные, я пояснила вместо Хейго:
– Тьма – Дама голодная и всеядная, – не смогла удержаться от нотки снисходительного превосходства. – Когда риирцы ее отпускают, без надзора может скушать все: живое и неживое. Не переживайте, ваше величество, зато теперь земли Риира девственны, как при создании мира. И готовы к заселению подданными, присягнувшими на верность и желающими только мира и благоденствия. Кроме Цветаны, больше нет Коралуса и Шандара, теперь на полуострове – Риир. Милости просим.
– И тебя такое положение устраивает? – с хитрым блеском в глазах поинтересовался король.
Понятно! Снова интриги, политика, попытки использовать бывшую принцессу в своих интересах, только уже для влияния на темных.
– В отличие от людей, риирцам не важны мои статус, родословная, уровень силы. Важно только то, что я люблю и любима. Так что – да, меня все устраивает. Более чем. Хочу, чтобы каждый человек на Эйре знал, что принцесса Цветанская стала полноправной темной и за Риир готова голову сложить! Именно вы, короли Эйра, этому поспособствовали. Отвернулись, предали, послали на смерть. Вот и нечему удивляться.
– Я уже извинялся, и…
– И снова предали, – с грустной иронией сказала я. Потом старательно зловеще усмехнулась: – Благодарите высших, что темные преследуют мирные цели. И родство с последней королевой Малина из рода Дарана, который так легко отказался от своей дочери в трудную минуту. Трон Дармаша перешел бы при следующей коронации к другой династии.
Его величество поперхнулся воздухом, силясь что-то сказать, но благоразумно промолчал. Правда, когда мы встали по завершении неурочного визита, он глухо и устало произнес:
– Прости, если сможешь, Оливия. Знаю, не поверишь, но я действительно сожалею. И в любой момент готов… поддержать тебя. Если будет надо.
Покивав в сомнениях о его обещании, я решила воспользоваться случаем:
– Ваше величество, думаю, вы знаете, что у меня есть небольшое поместье в столице, ставшее мне домом в изгнании. Я вложила в него много сил и не хотела бы продавать. Наоборот, раз вы готовы по-родственному поддержать меня, предлагаю вам подумать об установлении с Рииром дипломатических отношений. Ко взаимной выгоде.
Его величество замер, глядя на нас. Несколько мгновений молчал, видимо, тщательно обдумывая предложение. Наконец, медленно, явно стараясь скрыть тайное нежелание, ответил:
– Я готов рассмотреть ваше предложение, леди Оливия.
